«Стояние на Рублёвке». Об общении с Российской прокуратурой.
Продолжение. Начало — здесь.
Комитет лесного хозяйства Московской области ответил, что в имевшихся у него материалов лесоустройства земельные участки (какие — непонятно) числились исключёнными из лесного фонда на основании распоряжений Правительства, признанных незаконными Верховным судом. При этом о самом решении Верховного суда Комитет не знал. В итоге, Комитет сообщил, что: «При проведении следующего землеустройства Комитет учтёт, что данная территория отнесена к землям лесного фонда». Подписал такой ответ (от 03.04.2017 г. №ТГ-4069/27-08) тогдашний руководитель Комитета лесного хозяйства Московской области И.В.Советников, сегодня — руководитель федерального Рослесхоза.
Однако годом ранее Федеральное агентство лесного хозяйства (Рослесхоз) утверждало, что ему известно о том, что Верховный суд признал Распоряжения Правительства РФ №1793-р, №1859-р и №266-р незаконными, и более того — что: «При проведении лесоустройства в период 2001-2003 годов определение Верховного Суда Российской Федерации от 08 июня 1999 года учтено, а земельные участки включены в материалы лесоустройства как земли лесного фонда» (ответ от 02.08.2016 г. №АВ-01-50/9421)!
В итоге вопрос о неправомерном изменении классификации земель гослесфонда по всей стране (за которым наверняка следовал и массовый вывод этих земель из госсобственности) спустился «на самый низ», в Одинцовский район, туда, где проявились нарушения. Впрочем, и на этом уровне Одинцовская городская прокуратура не стремилась что-либо делать. Примеры из ответов зампрокурора гор.Одинцово Е.В.Дяковой: «В Вашем обращении данные о конкретных нарушениях действующего законодательства, а также сведения, достаточные для разрешения обращения, отсутствуют». Или: «Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Разъясняю, что спор о правах на земельные участки, нарушающих Ваши интересы, Вы вправе разрешить в судебном порядке» (ответ от 16.03.2017 г. №458ж/2016).
То есть государство отказалось отстаивать в суде свои интересы в связи с хищением у него земель, а предложило сделать это мне в рамках частного права и гражданского законодательства. Что ответит на это суд, понятно каждому — то, что я являюсь ненадлежащим истцом, так как мои интересы не нарушены.
Вообще, возникает впечатление, что государственные органы словно бы «тянули время», дожидаясь принятия и вступления в силу закона о т.н. «лесной амнистии», идея которой стала продвигаться примерно в то же время — в 2016 году. Насколько я помню, эту идею предложил президенту губернатор Московской области А.Ю. Воробьёв. Любопытно, что, когда в конце мая 2016-го в Госдуме были «нулевые чтения» проекта этого закона, и я подошёл к микрофону, чтобы рассказать приехавшим со всей страны экспертам, экологам, юристам, о том, с чем столкнулся на «Рублёвке», то депутат от КПРФ, председатель комитета по природным ресурсам, природопользованию и экологии В.И.Кашин к большому удивлению собравшихся просто отключил все микрофоны и заявил, что встреча закончена…
Закон о «лесной амнистии» (Федеральный закон №280-ФЗ от 29.07.2017 г.) в конце концов был принят в завершающий день работы весенней сессии Госдумы в 2017 году. По этому закону при наличии разночтений между данными кадастра недвижимости и лесного реестра приоритет имеют данные, содержащиеся в кадастре. То есть, если в лесном реестре указано, что некие земли относятся к Гослесфонду, а в кадастре — к землям населённых пунктов (в т.ч. ИЖС), то считается, что это земли населённых пунктов. Но получилось так, что этим законом «перекрыли» решение Верховного Суда РФ, давно признавшего незаконными ряд распоряжений Правительства, на основании которых выводили земли из Государственного лесного фонда. В общем, как говорилось в одном из моих недавних постов, «Так решил Суд! Ну и что?».
@TheStandOnRublevka
#летопись #изумрудныйвек #коллизия
Продолжение. Начало — здесь.
Комитет лесного хозяйства Московской области ответил, что в имевшихся у него материалов лесоустройства земельные участки (какие — непонятно) числились исключёнными из лесного фонда на основании распоряжений Правительства, признанных незаконными Верховным судом. При этом о самом решении Верховного суда Комитет не знал. В итоге, Комитет сообщил, что: «При проведении следующего землеустройства Комитет учтёт, что данная территория отнесена к землям лесного фонда». Подписал такой ответ (от 03.04.2017 г. №ТГ-4069/27-08) тогдашний руководитель Комитета лесного хозяйства Московской области И.В.Советников, сегодня — руководитель федерального Рослесхоза.
Однако годом ранее Федеральное агентство лесного хозяйства (Рослесхоз) утверждало, что ему известно о том, что Верховный суд признал Распоряжения Правительства РФ №1793-р, №1859-р и №266-р незаконными, и более того — что: «При проведении лесоустройства в период 2001-2003 годов определение Верховного Суда Российской Федерации от 08 июня 1999 года учтено, а земельные участки включены в материалы лесоустройства как земли лесного фонда» (ответ от 02.08.2016 г. №АВ-01-50/9421)!
В итоге вопрос о неправомерном изменении классификации земель гослесфонда по всей стране (за которым наверняка следовал и массовый вывод этих земель из госсобственности) спустился «на самый низ», в Одинцовский район, туда, где проявились нарушения. Впрочем, и на этом уровне Одинцовская городская прокуратура не стремилась что-либо делать. Примеры из ответов зампрокурора гор.Одинцово Е.В.Дяковой: «В Вашем обращении данные о конкретных нарушениях действующего законодательства, а также сведения, достаточные для разрешения обращения, отсутствуют». Или: «Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Разъясняю, что спор о правах на земельные участки, нарушающих Ваши интересы, Вы вправе разрешить в судебном порядке» (ответ от 16.03.2017 г. №458ж/2016).
То есть государство отказалось отстаивать в суде свои интересы в связи с хищением у него земель, а предложило сделать это мне в рамках частного права и гражданского законодательства. Что ответит на это суд, понятно каждому — то, что я являюсь ненадлежащим истцом, так как мои интересы не нарушены.
Вообще, возникает впечатление, что государственные органы словно бы «тянули время», дожидаясь принятия и вступления в силу закона о т.н. «лесной амнистии», идея которой стала продвигаться примерно в то же время — в 2016 году. Насколько я помню, эту идею предложил президенту губернатор Московской области А.Ю. Воробьёв. Любопытно, что, когда в конце мая 2016-го в Госдуме были «нулевые чтения» проекта этого закона, и я подошёл к микрофону, чтобы рассказать приехавшим со всей страны экспертам, экологам, юристам, о том, с чем столкнулся на «Рублёвке», то депутат от КПРФ, председатель комитета по природным ресурсам, природопользованию и экологии В.И.Кашин к большому удивлению собравшихся просто отключил все микрофоны и заявил, что встреча закончена…
Закон о «лесной амнистии» (Федеральный закон №280-ФЗ от 29.07.2017 г.) в конце концов был принят в завершающий день работы весенней сессии Госдумы в 2017 году. По этому закону при наличии разночтений между данными кадастра недвижимости и лесного реестра приоритет имеют данные, содержащиеся в кадастре. То есть, если в лесном реестре указано, что некие земли относятся к Гослесфонду, а в кадастре — к землям населённых пунктов (в т.ч. ИЖС), то считается, что это земли населённых пунктов. Но получилось так, что этим законом «перекрыли» решение Верховного Суда РФ, давно признавшего незаконными ряд распоряжений Правительства, на основании которых выводили земли из Государственного лесного фонда. В общем, как говорилось в одном из моих недавних постов, «Так решил Суд! Ну и что?».
@TheStandOnRublevka
#летопись #изумрудныйвек #коллизия