У «оставшихся» из медиасреды и смежных областей периодически возникают разговоры и шуточки про «внедренных», «завербованных». Есть позиция, что ты никогда не узнаешь, кто именно этот человек, потому что им может оказаться кто угодно (только если не тот забитый зумер, которого пару лет назад заставили писать КАЖДОМУ журналисту с предложением дружить.) Я и сам знаю несколько человек, которых убеждали «посотрудничать»(твердо и четко верим, что они отказались).

Но всё равно есть некий эффект кхе-кхе. Флорес даже без личного знакомства — подруга или приятельница кого-то из товарищей, экс-партнерок, людей из соседних социальных кругов. Она сама говорит, что собирала данные о проблемах людей — легко представить, кто мог оказаться в этих отчетах. Забавно теперь выглядят прежние московские рассуждения о том, почему она продолжала оставаться в России, несмотря на обыски и давление, и реальные обсуждения, нет ли в её окружении подосланных казачков, а кто бы это мог быть.

Всё по советским заветам, где, вербовали всех подряд. После этого неосовка тоже когда-нибудь сильно ахуеем, когда будут рассекречены документы. Можно посочувствовать человеку, которому пришлось заниматься такой стыдной работой из-за страха, нет вообще желания язвить. Хотя какая у этих «вербовок» реальная эффективность? Нужно понимать, что государство и без агентуры технически способно знать о нас всё — особенно в эпоху понатыканных повсюду камер, ТСПУ, баз данных и возможности взломать практически что угодно. От этого не спрячешься: мы всё-таки живем в развитой диктатуре, которой без особого сопротивления служат крупнейшие техкомпании. Социальных связей можно избегать: засесть дома, читать книжечки, смотреть старое кино, отказываться от предложений «потусоваться» (но я вообще не советую — с годами дичаешь). А вот от технологий же не убежишь. Единственный надежный способ не попасть в чей-нибудь отчет — перестать жить вообще. Возможно, это и есть их стратегия.