Уважаемый Илья Гращенков на «Кремлевском безБашеннике» поднимает чрезвычайно важную тему – постоянно ухудшающемся положении бюрократии и снижении ее влияния на систему госуправления
Чиновников никогда особенно не любили, однако в нынешние времена их статус тотально снизился: очень низкие зарплаты на нижнем и среднем уровне, постоянные переработки, высокие и постоянно растущие требования, созданный действиями правоохранителей и раздутый СМИ образ их полной коррумпированности, введенный несколько лет назад более поздний срок выхода чиновника на пенсию, масштабное сокращение объема «сопутствующих» социальных благ (более широкого доступа к системе здравоохранения и социального обеспечения, бесплатному жилью и т.п.) и многое другое.
Работающие в госуправлении изнутри очень хорошо представляют, насколько ухудшилось положение бюрократии.
И это реальная проблема, даже если на это не обращают внимания.
Бывший глава Экспертного управления АП, социальный антрополог Симон Кордонский, один из лучших специалистов по российскому обществу и власти, неоднократно отмечал, что отечественная бюрократия является «становым хребтом» страны.
И это свойственно не только нынешнему времени, бюрократия исторически связывала страну и обеспечивала ее успешное функционирование. Лишь в отдельные отрезки времени аппарат переставал исполнять эту важнейшую функцию, как, например, на закате СССР, когда бюрократия в ответ на «перестроечные реформы», снижающие ее статус и влияние, де-факто устроила «итальянскую забастовку», самоустранившись от управления страной либо устраивая «саботаж и диверсии» (например, тотально уничтожая виноградники, спиртовые и ликеро-водочные заводы во время «антиалкогольной кампании»).
Чем это заканчивается, пояснять не нужно.
Нечто подобное произошло и в конце правления Никиты Хрущева, когда его, в принципе, вполне адекватные предложения дискредитировались намеренно идиотской их реализацией (засаживание полей кукурузой вплоть до Северов и т.п.).
Именно поэтому «унасекомлевание» «рядового Акакия Акакиевича до невозможности» и лишение его «защиты в этом мире» потенциально чревато чрезвычайно негативными последствиями.
Чиновников никогда особенно не любили, однако в нынешние времена их статус тотально снизился: очень низкие зарплаты на нижнем и среднем уровне, постоянные переработки, высокие и постоянно растущие требования, созданный действиями правоохранителей и раздутый СМИ образ их полной коррумпированности, введенный несколько лет назад более поздний срок выхода чиновника на пенсию, масштабное сокращение объема «сопутствующих» социальных благ (более широкого доступа к системе здравоохранения и социального обеспечения, бесплатному жилью и т.п.) и многое другое.
Работающие в госуправлении изнутри очень хорошо представляют, насколько ухудшилось положение бюрократии.
И это реальная проблема, даже если на это не обращают внимания.
Бывший глава Экспертного управления АП, социальный антрополог Симон Кордонский, один из лучших специалистов по российскому обществу и власти, неоднократно отмечал, что отечественная бюрократия является «становым хребтом» страны.
«Есть три категории людей по восприятию исторического времени — это фундаменталисты, прогрессисты и аппаратчики.
Третья категория людей — это аппаратчики, те, которые во власти. Они живут во времени выполнения бумаги, исполнения поручений. У них нет ни прошлого, ни будущего. Развитие политическое в нашей системе — это союз аппаратчиков с одной из этих идеологических групп или мифологических групп, скорее мифологических, а не идеологических. Началось всё с союза аппаратчиков с прогрессистами, Чубайс относительно краткий период, потом разошлись, потом с коммунистами, потом с русскими фундаменталистами».
И это свойственно не только нынешнему времени, бюрократия исторически связывала страну и обеспечивала ее успешное функционирование. Лишь в отдельные отрезки времени аппарат переставал исполнять эту важнейшую функцию, как, например, на закате СССР, когда бюрократия в ответ на «перестроечные реформы», снижающие ее статус и влияние, де-факто устроила «итальянскую забастовку», самоустранившись от управления страной либо устраивая «саботаж и диверсии» (например, тотально уничтожая виноградники, спиртовые и ликеро-водочные заводы во время «антиалкогольной кампании»).
Чем это заканчивается, пояснять не нужно.
Нечто подобное произошло и в конце правления Никиты Хрущева, когда его, в принципе, вполне адекватные предложения дискредитировались намеренно идиотской их реализацией (засаживание полей кукурузой вплоть до Северов и т.п.).
Именно поэтому «унасекомлевание» «рядового Акакия Акакиевича до невозможности» и лишение его «защиты в этом мире» потенциально чревато чрезвычайно негативными последствиями.