НОВОГО ГОДА НЕ БУДЕТ
Власти австралийского города, в котором произошла террористическая атака организованная двумя мусульманами из ИГИЛ, отменили новогодние мероприятия.
Как подтвердили в Совете Сиднеевского пригорода Уиверли, два мероприятия, запланированные на знаменитом пляже, отменены.
Это тренд, который можно наблюдать и в Европе, и в Великобритании, и в Австралии.
Исламисты совершают теракт — например, на рождественской ярмарке, во время Хануке на пляже в Бонди во время еще каких-нибудь новогодних празднований в Великобритании.
И к чему это приводит? Это приводит к тому, что отменяются новогодние праздники, закрываются рождественские ярмарки, отменяются новогодние фейерверки.
Таким образом, терроризм не просто побеждает — таким образом он заявляет себя как единственная, абсолютная власть на территории Австралии, как единственная власть на территории ФРГ, как единственная власть на территории Великобритании.
То есть исламские террористы не просто угрожают местному населению смертью. При этом в сторону поддерживающей их диаспоры(ресурсной базы), не применяется никаких контрмер по предотвращению того, чтобы эти теракты происходили в будущем.
Исламисты устраивают теракт в Австралии — никто не отменяет Рамадан, отменяется празднование Нового года. Исламисты угрожают расправами и таранят рождественские ярмарки в ФРГ — отменяются рождественские ярмарки, празднование Пасхи, а не Курбан‑байрам или какого‑нибудь иного исламского праздника.
Это системный кризис, из которого ныне действующая власть абсолютно не хочет искать какой‑либо выход. А раз власть искать выход не хочет, то общество будет искать этот выход самостоятельно ибо не хочет умирать или быть кем-то замещенным. Это вопрос выживания.
Именно в такие моменты если общество не полностью поражено болезнью - армия и национально мыслящие элиты берут власть в свои руки чтобы спасти страну и нацию, вывести из кризиса. Если общество достаточно деградировало, силы способные спасти страну оказываются слабее происходят - гражданские войны.
Все называется предреволюционной ситуацией.
Из этого следует, что либо системным образом действующие политики, установившаяся номенклатура будут сменены на какие‑то новые лица. Намек на это есть сегодня в Великобритании. Что‑то подобное пытается происходить в ФРГ, во Франции, где оппозиционные партии — в лице «Альтернативы для Германии», в лице партии Ле Пен или партии Фараджа в Великобритании — угрожают установившимся партиям власти. Однако смогут ли сохранить приверженность своим взглядом и идеям взяв власть в руки? Время покажет.
Игнорирование какой‑то проблемы приводит ко всё большей радикализации общества. Так, человек, которого мейнстрим и политики из лейбористской и консервативной партий долгое время выставляли экстремистом, становится слишком умеренным во глазах людей, которые сегодня требуют в Великобритании перемен.
И мы видим, как Фарадж близкого друга Дональда Трампа — как фигуры, дружественной тем культурным переменам, которые олицетворяет администрация Дональда Трампа, — постепенно оказался аутсайдером. И, несмотря на популярность своей партии, по инерции сейчас движется к власти в Великобритании и не будет, скажем так, пользоваться тем авторитетом, которым сегодня пользуется администрация Дональда Трампа в Соединённых Штатах. Потому что его взгляды на реиммиграцию, его взгляды на то, как должна выглядеть Великобритания, в чём должна заключаться её культурная идентичность, расходятся с тем запросом, который начинает формироваться в низах - UK без мигрантов.
Если бы Фараджа так долго в Великобритании не отменяли, если бы ему действительно дали полноценно участвовать в английской политике тогда, когда он на это больше всего претендовал, то, возможно, реформы, в которых нуждается Великобритания, прошли бы легче и приняли бы какую‑то более умеренную форму, чем та, в которой Великобритания нуждается сегодня.
Власти австралийского города, в котором произошла террористическая атака организованная двумя мусульманами из ИГИЛ, отменили новогодние мероприятия.
Как подтвердили в Совете Сиднеевского пригорода Уиверли, два мероприятия, запланированные на знаменитом пляже, отменены.
Это тренд, который можно наблюдать и в Европе, и в Великобритании, и в Австралии.
Исламисты совершают теракт — например, на рождественской ярмарке, во время Хануке на пляже в Бонди во время еще каких-нибудь новогодних празднований в Великобритании.
И к чему это приводит? Это приводит к тому, что отменяются новогодние праздники, закрываются рождественские ярмарки, отменяются новогодние фейерверки.
Таким образом, терроризм не просто побеждает — таким образом он заявляет себя как единственная, абсолютная власть на территории Австралии, как единственная власть на территории ФРГ, как единственная власть на территории Великобритании.
То есть исламские террористы не просто угрожают местному населению смертью. При этом в сторону поддерживающей их диаспоры(ресурсной базы), не применяется никаких контрмер по предотвращению того, чтобы эти теракты происходили в будущем.
Исламисты устраивают теракт в Австралии — никто не отменяет Рамадан, отменяется празднование Нового года. Исламисты угрожают расправами и таранят рождественские ярмарки в ФРГ — отменяются рождественские ярмарки, празднование Пасхи, а не Курбан‑байрам или какого‑нибудь иного исламского праздника.
Это системный кризис, из которого ныне действующая власть абсолютно не хочет искать какой‑либо выход. А раз власть искать выход не хочет, то общество будет искать этот выход самостоятельно ибо не хочет умирать или быть кем-то замещенным. Это вопрос выживания.
Именно в такие моменты если общество не полностью поражено болезнью - армия и национально мыслящие элиты берут власть в свои руки чтобы спасти страну и нацию, вывести из кризиса. Если общество достаточно деградировало, силы способные спасти страну оказываются слабее происходят - гражданские войны.
Все называется предреволюционной ситуацией.
Из этого следует, что либо системным образом действующие политики, установившаяся номенклатура будут сменены на какие‑то новые лица. Намек на это есть сегодня в Великобритании. Что‑то подобное пытается происходить в ФРГ, во Франции, где оппозиционные партии — в лице «Альтернативы для Германии», в лице партии Ле Пен или партии Фараджа в Великобритании — угрожают установившимся партиям власти. Однако смогут ли сохранить приверженность своим взглядом и идеям взяв власть в руки? Время покажет.
Игнорирование какой‑то проблемы приводит ко всё большей радикализации общества. Так, человек, которого мейнстрим и политики из лейбористской и консервативной партий долгое время выставляли экстремистом, становится слишком умеренным во глазах людей, которые сегодня требуют в Великобритании перемен.
И мы видим, как Фарадж близкого друга Дональда Трампа — как фигуры, дружественной тем культурным переменам, которые олицетворяет администрация Дональда Трампа, — постепенно оказался аутсайдером. И, несмотря на популярность своей партии, по инерции сейчас движется к власти в Великобритании и не будет, скажем так, пользоваться тем авторитетом, которым сегодня пользуется администрация Дональда Трампа в Соединённых Штатах. Потому что его взгляды на реиммиграцию, его взгляды на то, как должна выглядеть Великобритания, в чём должна заключаться её культурная идентичность, расходятся с тем запросом, который начинает формироваться в низах - UK без мигрантов.
Если бы Фараджа так долго в Великобритании не отменяли, если бы ему действительно дали полноценно участвовать в английской политике тогда, когда он на это больше всего претендовал, то, возможно, реформы, в которых нуждается Великобритания, прошли бы легче и приняли бы какую‑то более умеренную форму, чем та, в которой Великобритания нуждается сегодня.