Амурские отголоски 🥇

Послесловие к статье «Судебная хроника. Местный отравитель» из газеты «Эхо» от 11(24) января 1914 года.

Автор: архивист Надежда Яковлева.

Бурной была жизнь старого Благовещенска. Для некоторых упомянутых здесь это было лишь закалкой для дальнейшей жизни.

Жаль Петра Ивановича Бенедиктовича, известного и уважаемого практикующего врача Благовещенска, который ещё столкнётся с травлей. Его жена, Ольга Андреевна, видимо, как и муж, была дамой немолодой и испытывала боль в ногах. Ну а плут Козинцер всех «построил».

Столько человек попало в газетную хронику: здесь и Росновский Франц Наполеонович, который был не только провизор, управляющий аптекой С. А. Гартунга в 1911–1916 гг., но и уважаемым человеком, коннозаводчиком в Благовещенске в 1912 году, награждённым на Амурской сельскохозяйственной выставке малой золотой медалью.

Здесь читаем о коллежском советнике, уездном враче областного врачебного управления в 1913–1916 гг. — Семёне Фёдоровиче Шабельском.

И, конечно, не обошлось без Андрея Константиновича Лейснера, уроженца Пензы, а с 1911 года жителя Благовещенска, сотрудника газеты «Эхо» и сатирического журнала «Зея» в 1914–15 гг. Публиковал там статьи под псевдонимами: Сурский, Эльнер, Леснер. Участник театральных спектаклей, за которые получал благодарности от зрителей в прессе. А ведь он был небедный человек. Секретарь Совета съездов судовладельцев Амурского бассейна в 1915 году.

А дальше — революция. В начале 1920-х уехал в Харбин и жил на Китайской улице, 7 — это центральная улица, ныне прозванная у туристов «Арбатом». Дом стоит и сейчас. Позже вернулся в СССР, жил в Уфе. Но 5 ноября 1937 года был арестован и приговорён к 10 годам исправительно-трудовых лагерей. Реабилитирован 11 декабря 1989 года.

В статье речь идёт и о Николае Филипповиче Губанове: после мужской гимназии в Благовещенске учился на физико-математическом факультете университета в Петербурге. Не окончил. Сотрудник редакции «Амурской газеты» в 1904–1905 гг. В 1905 году печатался в газете «Амурский край». Редактор-издатель газеты «Амурское эхо» в 1915–16 гг. и газеты «Амурское слово» в 1919–20 гг. Неоднократно привлекался как редактор к суду по обвинению в клевете. Активный член «Союза амурских республиканцев» в 1917 году. Секретарь городской Думы в 1910–1914 гг., секретарь Сиротского суда в 1907–10 гг. В 1920 году выехал в Харбин. Здесь его недвижимость муниципализировали в 1927 году. Жил с семьёй в Харбине. Умер от рака в 1930 году. Ему было 67 лет. Похоронен на Новом кладбище Харбина — ныне кладбища нет, там парк и так далее.

4️⃣
Слово предоставляется прис. пов. Смирнову, выступавшему со стороны обвинения.

Нелёгкую задачу предстояло разрешить адвокату: после того, как перед судом прошли свидетели, нужно было иметь большой запас смелости, чтобы отрицать причастность своего доверителя к делу отравления г-жи Макаревич ❌❌❌.

К счастью оратора, он оказался весьма робким и с первых же слов согласился с противной стороной, что массажист Козинцер действительно впрыскивал ❌❌❌ своей пациентке. В этом случае обвиняемые правы, а клевета их заключается в том, что они факт отпуска ❌❌❌ его доверителем объясняли корыстолюбивыми целями, тогда как это делалось из чувства жалости и сострадания к несчастной женщине. Вот собственно и вся сущность речи оратора, длившейся около получаса.

После него долго говорил г. Козинцер. Выступление его не носило характера ни обвинения, ни защиты, а было просто неискусным «переливанием из пустого в порожнее», и понять из его пространной речи можно было лишь следующее: 1) газета «Эхо» не только клеветала на него, но и занималась травлей; 2) привлекая редактора и сотрудника газеты к суду, он одновременно привлёк к ответственности и... себя, дабы выяснить, действительно ли он отравитель?

Обвиняемые защищали себя сами. Н. Ф. Губанов заявил, что после показаний свидетелей, как нельзя лучше доказавших его «вину», он считает лишним говорить что-либо.

А. К. Лейснер высказывает удивление по поводу заявления г. Козинцера о привлечении к ответственности самого себя, так как благодаря этому обстоятельству г. Козинцер очутился в незавидном положении гоголевской унтер-офицерской вдовы, которая сама себя высекла.

В дальнейшем обвиняемый непочтительно отозвался и о чувстве сострадания г. Козинцера, доведшем О. А. Макаревич до дома умалишённых. «Клеветать» на обвинителя, по заявлению г. Лейснера, он, как публицист, считал своим нравственным долгом. Краткая речь обвиняемого заканчивалась пожеланием, чтобы на это вопиющее дело обратила внимание прокуратура.

После пятиминутного совещания суд вынес обоим обвиняемым оправдательный приговор.
❌

3️⃣
Газета «Эхо»
12(25) января 1914 года.
Благовещенск

Судебная хроника.
Местный отравитель.
(Окончание)

Фармацевт г. Андрианов показывает:
— На правах старого знакомого, мне нередко приходилось бывать у П. И. Бенедиктовича. Прошлой зимой я зашёл к нему и, не застав дома его жены, спросил, куда она ушла. «Сегодня вечером, — сказал доктор, — я отобрал у неё раствор ❌❌❌ и ❌❌❌, полученные ею от Козинцера. У нас произошёл по этому поводу крупный разговор, после которого она собралась и ушла к своим знакомым».

Я, — продолжает г. Андрианов, — отправился к Козинцеру, моему знакомому, и предложил поговорить со мной откровенно о «лечении» г-жи Макаревич. Первоначально г. Козинцер категорически заявлял, что никаких впрыскиваний он не делал, а потом, когда я передал ему мой разговор с г. Бенедиктовичем, он сознался, что впрыскивал ей ❌❌❌. «Что же вас собственно побудило заниматься этим?» — спросил я. «Впрыскивал по настойчивым просьбам больной и делал это из чувства сострадания к ней».

— Скажите, пожалуйста, — спрашивает один из обвиняемых, — не упоминал ли г. Козинцер в разговоре с вами, что впрыскивания делаются им тайно от врача Бенедиктовича?

— Да, он сказал, что впрыскивал без ведома доктора.

— Не просил ли однажды вас г. Козинцер отпустить ему из аптеки без рецепта врача ❌❌❌ средства?

— Совершенно верно, такой случай был, но я удовлетворить его просьбу не согласился.

Последней допрашивается г-жа Макаревич.

— Козинцера, — поясняет свидетельница, — я и доктор пригласили делать мне массаж ног, а потом ему же было предложено делать и уколы стрихнином. Сделав всего три укола, он перед четвертым сказал: «Вот что, Ольга Андреевна, у меня есть прекрасное лекарство, которое сразу может прекратить ваши боли; если хотите, я могу испробовать его». «А оно не опасно?» — спросила я.

«Нет, пустяки! Когда я начну его впрыскивать, так вы будете прекрасно спать и, главное, пропадут боли в ногах и голове». Не подозревая ничего худого, я согласилась, и действительно, после первого же укола почувствовала большое облегчение. За этим уколом последовал второй, а потом уже стали впрыскивать без счёту, и странно — чем больше я впрыскивала чудесные капли, тем сильнее являлась потребность в них, и уже приходилось браться за ❌❌❌ по нескольку раз в сутки.

Так как ходить к нему так часто я не имела возможности, то г. Козинцер стал отпускать мне флаконы с раствором ❌❌❌ и ❌❌❌ на дом, где я впрыскивала сама. На высказываемые мною неоднократно опасения о вредности ❌❌❌ г. Козинцер всегда успокаивал: «Пустяки, средство действительно хорошее, но не опасное». Впрыскивания продолжались месяцев 7, пока о них не узнал доктор (Бенедиктович), и я не попала на излечение к врачу Старокотлицкому. Платить за ❌❌❌ приходилось от 10 до 15 руб. за флакон. [20-40 тысяч современных рублей].

— Не помните ли вы, — спрашивает г. Лейснер, — не высказывали ли вы какого-либо опасения по поводу предполагавшегося отъезда г. Козинцера во Владивосток?

— Да, я стала беспокоиться о том, где я буду доставать ❌❌❌, когда он уедет отсюда, но Козинцер сказал мне: «Не волнуйтесь, если уеду из Благовещенска, то сделаю вам хороший запас».

— Не говорил ли вам г. Козинцер, что он впрыскивал ❌❌❌ и другим женщинам?

— Да, многим роженицам.

— С какой целью это он делал?

— Чтобы ослабить их муки.

— Зна́л ли доктор Бенедиктович о делаемых вам впрыскиваниях?

— Нет... Козинцер взял с меня честное слово, что я не скажу об этом доктору.

— Г. Козинцер спрашивает: получали ли вы от Петра Ивановича (Бенедиктовича) стрихнин?

— Получали, но вы его мне, за исключением трёх раз, не вводили.

— Не помните ли вы, как я однажды отобрал у вас ❌❌❌ и флакон с ❌❌❌?

— Ничего вы не отбирали, а только приносили.

— До меня вы впрыскиваниями ❌❌❌ не занимались?

— Не имела понятия! Вы сказали: «безвредное лекарство, хорошо будете спать», ну я и согласилась.
⤵️

2️⃣
Из них первым допрашивается врач г. Бенедиктович, который к сказанному г. Лейснером добавил, что на его вопрос, почему жена не говорила ему о впрыскиваниях ❌❌❌, последняя пояснила: «Делала тайком в силу данного массажисту слова — не говорить тебе об этом».

— Не помните ли вы, — спрашивает свидетеля г. Козинцер, — что ваша жена и раньше принимала ❌❌❌, как в порошках, так и...

— В первый раз слышу!

Свидетель г. Росновский, вызванный обвинителем для установления факта отпуска из аптеки Гартунг по рецепту врача Бенедиктовича коробки ❌❌❌ в 12 ампул, показал, что, действительно, однажды г. Козинцер принёс от Бенедиктовича записку с просьбой об отпуске ❌❌❌.

Но так как написана она была неясно, то свидетель послал на квартиру врача фармацевта, и последний из 12 ампул взял всего лишь одну. Передал ли он её массажисту, свидетель не помнит, а устанавливает лишь, что однажды г. Козинцер обращался к нему с просьбой отпустить в его распоряжение 50 граммов чистого ❌❌❌.

Свидетель врач Шабельский показал: «Исполняя должность врачебного инспектора, я получил от массажиста Козинцера прошение затребовать от аптек рецепты врача Бенедиктовича на отпуск ❌❌❌. По запросу свидетеля, все аптеки ответили, что таких рецептов от врача Бенедиктовича к ним совсем не поступало».

Врач г. Старокотлицкий рассказал, что весной 1912 года г-жа Л. Макаревич обратилась к нему с просьбой лечить её от невралгических болей в ногах гипнозом. Так как болезнь явилась результатом наследственности, то он стал впрыскивать стрихнин, а затем она стала лечиться массажем у г. Козинцера, после чего свидетель не видел свою пациентку несколько месяцев, пока в феврале 1912 года не был приглашён на квартиру к врачу Бенедиктовичу.

Последнего он застал в сильном волнении: «Доктор, — сказал в отчаянии Бенедиктович, — помогите мне, ради Бога: узнал, что жена моя впрыскивает ❌❌❌, который доставлял ей Козинцер». Когда свидетель увидел пациентку, то был прежде всего поражён переменой, происшедшей с ней: раньше она имела цветущий вид лица, а теперь вид был истощённо-болезненный.

Здесь мы опускаем многое из показаний свидетеля, так как об этом придётся говорить в показаниях г-жи Макаревич, а лишь отметим, что, по словам г. Старокотлицкого, когда больная поступила на излечение в психиатрическое отделение городской больницы, картина ❌❌❌ была налицо. Пробыла больная в отделении около 2 месяцев и вышла здоровой, но летом она вновь лечилась дней 10 от «ужасной привычки».

— Не подозревали ли вы, доктор, — спрашивает г. Козинцер свидетеля, — что больная и раньше впрыскивала ❌❌❌ средства?

— Абсолютно не подозревал.

(Окончание завтра).
⤵️