⬆️Этот отрывок венчает собой учение об апостольском служении, развернутое с 5:20.
Выступая соработниками Бога (synergountes), апостол и его спутники увещевают коринфян не принимать благодать Божию тщетно (eis kenon — напрасно, без плода, 6:1). Коринфская община, приняв весть о примирении с Богом через крестную смерть Христа (5:18–21), оказалась не готова претворить требования Евангелия в практическую жизнь: усвоив истину о том, что Христос умер за них, верующие еще не умерли для собственного эгоцентризма (5:15). Это сказывалось как в подозрительном отношении к самому Павлу, так и в нежелании проявить милосердие к раскаявшемуся обидчику общины, которого апостол простил во время недавнего «скорбного посещения» Коринфа (2:8–11; 7:12).
Павел подкрепляет увещание цитатой из песни Отрока Господня (Ис 49:8 по Септуагинте): «Во время благоприятное услышал Я тебя и в день спасения помог тебе» (6:2a). Далее Павел актуализирует слова этого псалма: «Вот, теперь время благоприятное, вот, теперь день спасения» (6:2b).
Удвоение восклицания «вот» (idou) и наречия «ныне / теперь» (nyn) создает предельную эсхатологическую напряженность. Для апостола Боговоплощение и Воскресение ознаменовали наступление мессианской эпохи. Термин nyn указывает на весь промежуточный период между Пасхой и Парусией — это благодатный час (kairos), в который Бог по Своему суверенному благоволению (греч. dektos восходит к евр. rāṣôn, означающему спасительную милость Господню) протягивает человеку руку примирения. Подобно тому как в благовестии Спасителя исполнение срока неотделимо от призыва к вере (Мк 1:15), так и у Павла явление спасения требует от коринфян деятельного послушания веры.
В стихах 6:3–4 Павел обращается к апологии своей миссии. Он подчеркивает, что сознательно не ставит на пути верующих никакого камня преткновения, дабы служение не подверглось поношению и насмешкам. Опасение апостола было вызвано жесткой полемикой: коринфские лжеапостолы («сверхапостолы») упрекали Павла в отсутствии внешнего блеска, риторической утонченности и авторитетных рекомендательных писем, считая его болезни и тяготы признаком духовной несостоятельности.
Отвергая эти триумфалистские критерии, Павел заявляет: подлинный служитель познается не мирским величием, но готовностью разделить уничижение Распятого. Напротив, «во всем являя себя служителями Божиими», апостол разворачивает каталог бедствий, формально близкий эллинистической диатрибе, но наполненный крестным содержанием.
Композиционно этот гимн служению делится на четыре периода:
Первый период (6:4b–5) — девять форм страданий, объединенных в три триады:
Общие бедствия: великое терпение в скорбях, в нуждах, в тесных обстоятельствах.
Внешние гонения: под ударами, в темницах, в мятежах и смутах.
Самоотверженные лишения: в непосильных трудах, в бдениях, в постах.
Второй период (6:6–7a) — внутреннее свидетельство духа. От внешних лишений апостол обращается к нравственным плодам благодати: чистоте, ведению, долготерпению, благости, Духу Святому, нелицемерной любви, слову истины и силе Божией. В подлиннике эта часть украшена изысканной аллитерацией и смысловым хиазмом.
Третий период (6:7b–8a) — средства и историческая обстановка служения. Павел ведет брань «оружием правды в правой и левой руке» — этот воинский образ указывает на оборонительный щит и наступательный меч. Служение протекает в предельной полярности оценок: «в чести и бесчестии, при дурной и доброй славе».
Четвертый период (6:8b–10) — семь антиномических парадоксов, каждый из которых противопоставляет мирскую видимость (hōs, «как») и духовную реальность (kai / de, «но / однако»):
Как обманщики, но мы верны;
Как неизвестные, но нас узнают;
Как умирающие, и вот — мы живы;
Как наказываемые, но не умерщвляемые;
Как скорбящие, но всегда радующиеся;
Как нищие, но многих обогащающие;
Как ничего не имеющие, но всем обладающие.
Эти контрасты раскрывают глубинную антиномию христианского бытия. Физически Павел непрестанно подвергался смертельной опасности (1 Кор 15:30; 2 Кор 1:8–9; 11:23–26), однако торжествующее «и вот!» (idou) передает изумление перед непреодолимой силой Воскресения, хранящей апостола посреди гибели. В богословском плане его непрестанное умирание становится условием непрестанного раскрытия жизни Христовой (5:14–15; Гал 2:20).
Тема вразумления прямо восходит к псалмическому гимну избавления: «Наказывая наказал меня Господь, но смерти не предал меня» (Пс 117:18). Для ветхозаветного и иудейского сознания педагогическое наказание от Господа — свидетельство отеческой любви и сыновнего достоинства (Притч 3:11–12; Евр 12:5–10). Павел воспринимал переносимые удары судьбы не как печать Божьего гнева (в чем его пытались убедить коринфские противники), но как формирующее действие благодати.
Каталог апостольских скорбей опровергает элитарную теологию процветания: немощь служителя оказывается не знаком отверженности Богом, а, напротив, единственно подлинным местом явления преизобилующей силы Божией (2 Кор 4:7; 12:9–10). Уничижение Павла разоблачает ложный триумфализм его критиков и утверждает подлинный новозаветный образец пастырства, основанный на христоподобном кенозисе.
✍️ Толкование свт. Феофана Затворника
🌾
Выступая соработниками Бога (synergountes), апостол и его спутники увещевают коринфян не принимать благодать Божию тщетно (eis kenon — напрасно, без плода, 6:1). Коринфская община, приняв весть о примирении с Богом через крестную смерть Христа (5:18–21), оказалась не готова претворить требования Евангелия в практическую жизнь: усвоив истину о том, что Христос умер за них, верующие еще не умерли для собственного эгоцентризма (5:15). Это сказывалось как в подозрительном отношении к самому Павлу, так и в нежелании проявить милосердие к раскаявшемуся обидчику общины, которого апостол простил во время недавнего «скорбного посещения» Коринфа (2:8–11; 7:12).
Павел подкрепляет увещание цитатой из песни Отрока Господня (Ис 49:8 по Септуагинте): «Во время благоприятное услышал Я тебя и в день спасения помог тебе» (6:2a). Далее Павел актуализирует слова этого псалма: «Вот, теперь время благоприятное, вот, теперь день спасения» (6:2b).
Удвоение восклицания «вот» (idou) и наречия «ныне / теперь» (nyn) создает предельную эсхатологическую напряженность. Для апостола Боговоплощение и Воскресение ознаменовали наступление мессианской эпохи. Термин nyn указывает на весь промежуточный период между Пасхой и Парусией — это благодатный час (kairos), в который Бог по Своему суверенному благоволению (греч. dektos восходит к евр. rāṣôn, означающему спасительную милость Господню) протягивает человеку руку примирения. Подобно тому как в благовестии Спасителя исполнение срока неотделимо от призыва к вере (Мк 1:15), так и у Павла явление спасения требует от коринфян деятельного послушания веры.
В стихах 6:3–4 Павел обращается к апологии своей миссии. Он подчеркивает, что сознательно не ставит на пути верующих никакого камня преткновения, дабы служение не подверглось поношению и насмешкам. Опасение апостола было вызвано жесткой полемикой: коринфские лжеапостолы («сверхапостолы») упрекали Павла в отсутствии внешнего блеска, риторической утонченности и авторитетных рекомендательных писем, считая его болезни и тяготы признаком духовной несостоятельности.
Отвергая эти триумфалистские критерии, Павел заявляет: подлинный служитель познается не мирским величием, но готовностью разделить уничижение Распятого. Напротив, «во всем являя себя служителями Божиими», апостол разворачивает каталог бедствий, формально близкий эллинистической диатрибе, но наполненный крестным содержанием.
Композиционно этот гимн служению делится на четыре периода:
Первый период (6:4b–5) — девять форм страданий, объединенных в три триады:
Общие бедствия: великое терпение в скорбях, в нуждах, в тесных обстоятельствах.
Внешние гонения: под ударами, в темницах, в мятежах и смутах.
Самоотверженные лишения: в непосильных трудах, в бдениях, в постах.
Второй период (6:6–7a) — внутреннее свидетельство духа. От внешних лишений апостол обращается к нравственным плодам благодати: чистоте, ведению, долготерпению, благости, Духу Святому, нелицемерной любви, слову истины и силе Божией. В подлиннике эта часть украшена изысканной аллитерацией и смысловым хиазмом.
Третий период (6:7b–8a) — средства и историческая обстановка служения. Павел ведет брань «оружием правды в правой и левой руке» — этот воинский образ указывает на оборонительный щит и наступательный меч. Служение протекает в предельной полярности оценок: «в чести и бесчестии, при дурной и доброй славе».
Четвертый период (6:8b–10) — семь антиномических парадоксов, каждый из которых противопоставляет мирскую видимость (hōs, «как») и духовную реальность (kai / de, «но / однако»):
Как обманщики, но мы верны;
Как неизвестные, но нас узнают;
Как умирающие, и вот — мы живы;
Как наказываемые, но не умерщвляемые;
Как скорбящие, но всегда радующиеся;
Как нищие, но многих обогащающие;
Как ничего не имеющие, но всем обладающие.
Эти контрасты раскрывают глубинную антиномию христианского бытия. Физически Павел непрестанно подвергался смертельной опасности (1 Кор 15:30; 2 Кор 1:8–9; 11:23–26), однако торжествующее «и вот!» (idou) передает изумление перед непреодолимой силой Воскресения, хранящей апостола посреди гибели. В богословском плане его непрестанное умирание становится условием непрестанного раскрытия жизни Христовой (5:14–15; Гал 2:20).
Тема вразумления прямо восходит к псалмическому гимну избавления: «Наказывая наказал меня Господь, но смерти не предал меня» (Пс 117:18). Для ветхозаветного и иудейского сознания педагогическое наказание от Господа — свидетельство отеческой любви и сыновнего достоинства (Притч 3:11–12; Евр 12:5–10). Павел воспринимал переносимые удары судьбы не как печать Божьего гнева (в чем его пытались убедить коринфские противники), но как формирующее действие благодати.
Каталог апостольских скорбей опровергает элитарную теологию процветания: немощь служителя оказывается не знаком отверженности Богом, а, напротив, единственно подлинным местом явления преизобилующей силы Божией (2 Кор 4:7; 12:9–10). Уничижение Павла разоблачает ложный триумфализм его критиков и утверждает подлинный новозаветный образец пастырства, основанный на христоподобном кенозисе.
✍️ Толкование свт. Феофана Затворника
🌾