Литературный вечер: Везувий 2 (прошлый текст - t.me/anarchy_perm/353)
Первое, совершенно конкретное ядро решило ничего не менять в механизме, по возможности сохранив его и вернув прежнее положение. Лишь необходимость учреждения нового центрового узла и потеря многих не важных для системы в целом деталей диктовали необходимость в каких-то небольших, преимущественно декоративных изменений.
Второе было ядро совсем новое, на первых этапах даже внятно несуществовавшее, представляющее из себя кучу мелких ядрышек, медленно собиравшиеся в одно большое. Конечно в своей эффективности нарождавшемуся Левиафану было ещё далеко даже до первых королей вечного города. В основе их механизма стояла фигура. В теории фигура могла стать политическим божеством и дать растечься своей всепроникающей призрачной крови по всему механизму, стать надёжными цепями для связи различных разрозненых деталей и частей. На практике для становления политическим божеством им не хватало ни личных качеств, ни удачного политического расклада, ни должной пропаганды после их смерти. Потому зачастую такие машины быстро распадались после смерти фигуры, неудавшего политического божества. Впрочем часть фигур своей деятельностью на несколько лет могла ходить по небесам и глядеть на небо, могла пропитывать всю систему, но длилось это также не очень долго. Медленно но верно в таких условиях рос общий политический пантеон. Определенно он не состоял из божеств, это были обломки, те дела, те тенденции которые в своё время запустили фигуры механизма, но эти обломки вместе собирались в некое цельное божество групповое, мыслимое без отдельных частей, но отдельные части которого совершенно не мыслимы вне божества. Позже некоторые авторы сочтут их потомками Иисуса или пофантазируют на эту тему. Это были первые франкские короли — потомки Меровея.
Именно в этом механизме медленно но верно рубка перетекала из рук королей в руки их вернейших помощников, причем вполне добровольно. Высокородные лентяи просто потеряли в какой-то момент малейший интерес к власти. Даже если это было на сравнительно небольшой промежуток времени этого хватило, чтобы всю рубку заняли первые помощники, а уже они и начали формироваться как политические божества. Карл Мартел отразил атаки внешних по вере арабов, в это же время доставлявших не малые проблемы другому основному узлу. Его потомок снискавший популярность прежде всего за своё имя, в будущем окончательно свергнет прежних покровителей и станет королём сам. Именно при нём бывший осколок громадного механизма потеряный первым узлом начал сам становиться ядром. Его сын замыкает триаду политических божеств первых франков, создав полноценную Западную империю. Может быть каждый отдельный представитель триады и не дотягивает до полноценной божественности, но взятые в совокупности они превосходят многих явно признаных политических божеств.
В этом плане западному ядру повезло чуть больше, хотя как сказать. Почти полностью унаследовав механизм, они соответственно унаследовали и политических божеств. Древних застарелых, менее актуальных для сегодняшнего дня, но мифологизированных и идеализированных. Есть свои преимущества, как и свои недостатки. На таком смазочном материале машина могла двигаться достаточно долго. Только при Юстиниане, первом по настоящему византийским политическим божеством, система начала малейшие изменение, в то же время стараясь не сильно отходить от прежней системы. Новая актуальнейшая смазка, одновременно являясь непосредственной важнейшей шестерёнкой Левиафана, начала менять под себя остальные части, преобразуя механизм. После него у евроазиатской машины больше не было политических божеств из-за чего вся система построенная вокруг них начала медленно разваливаться.
Автор: Варан
Первое, совершенно конкретное ядро решило ничего не менять в механизме, по возможности сохранив его и вернув прежнее положение. Лишь необходимость учреждения нового центрового узла и потеря многих не важных для системы в целом деталей диктовали необходимость в каких-то небольших, преимущественно декоративных изменений.
Второе было ядро совсем новое, на первых этапах даже внятно несуществовавшее, представляющее из себя кучу мелких ядрышек, медленно собиравшиеся в одно большое. Конечно в своей эффективности нарождавшемуся Левиафану было ещё далеко даже до первых королей вечного города. В основе их механизма стояла фигура. В теории фигура могла стать политическим божеством и дать растечься своей всепроникающей призрачной крови по всему механизму, стать надёжными цепями для связи различных разрозненых деталей и частей. На практике для становления политическим божеством им не хватало ни личных качеств, ни удачного политического расклада, ни должной пропаганды после их смерти. Потому зачастую такие машины быстро распадались после смерти фигуры, неудавшего политического божества. Впрочем часть фигур своей деятельностью на несколько лет могла ходить по небесам и глядеть на небо, могла пропитывать всю систему, но длилось это также не очень долго. Медленно но верно в таких условиях рос общий политический пантеон. Определенно он не состоял из божеств, это были обломки, те дела, те тенденции которые в своё время запустили фигуры механизма, но эти обломки вместе собирались в некое цельное божество групповое, мыслимое без отдельных частей, но отдельные части которого совершенно не мыслимы вне божества. Позже некоторые авторы сочтут их потомками Иисуса или пофантазируют на эту тему. Это были первые франкские короли — потомки Меровея.
Именно в этом механизме медленно но верно рубка перетекала из рук королей в руки их вернейших помощников, причем вполне добровольно. Высокородные лентяи просто потеряли в какой-то момент малейший интерес к власти. Даже если это было на сравнительно небольшой промежуток времени этого хватило, чтобы всю рубку заняли первые помощники, а уже они и начали формироваться как политические божества. Карл Мартел отразил атаки внешних по вере арабов, в это же время доставлявших не малые проблемы другому основному узлу. Его потомок снискавший популярность прежде всего за своё имя, в будущем окончательно свергнет прежних покровителей и станет королём сам. Именно при нём бывший осколок громадного механизма потеряный первым узлом начал сам становиться ядром. Его сын замыкает триаду политических божеств первых франков, создав полноценную Западную империю. Может быть каждый отдельный представитель триады и не дотягивает до полноценной божественности, но взятые в совокупности они превосходят многих явно признаных политических божеств.
В этом плане западному ядру повезло чуть больше, хотя как сказать. Почти полностью унаследовав механизм, они соответственно унаследовали и политических божеств. Древних застарелых, менее актуальных для сегодняшнего дня, но мифологизированных и идеализированных. Есть свои преимущества, как и свои недостатки. На таком смазочном материале машина могла двигаться достаточно долго. Только при Юстиниане, первом по настоящему византийским политическим божеством, система начала малейшие изменение, в то же время стараясь не сильно отходить от прежней системы. Новая актуальнейшая смазка, одновременно являясь непосредственной важнейшей шестерёнкой Левиафана, начала менять под себя остальные части, преобразуя механизм. После него у евроазиатской машины больше не было политических божеств из-за чего вся система построенная вокруг них начала медленно разваливаться.
Автор: Варан