Я ИНЖЕНЕР
В последние дни часто в разговорах всплывает понятие инженер и приходится уточнять у собеседников, кто как его понимает. У нашего поколение есть общий образ советского инженера, а вот понимают ли зумеры, не уверен. Я вот точно инженер, и по образованию и по сути, не раз проверял это в деле. А вот может ли называть себя инженером дата-сайентист, который не сможет заменить розетку, я не решусь ответить).
Для меня, инженер — это тот, кто обладает инженерным и системным мышлением, понимает объективный мир и его законы, владеет предметно-техническим множеством (инструментами) и меняет физический мир. Очки и белый халат уже необязательны для инженера). А вот сегодня уже кажется обязательным умение работать в команде, быть готовым к кросс-дисциплинарности, иметь какую-то социальную позицию и «продуктовую логику».
Инженерия развивалась с обычного ремесленничества, когда один мастер мог создавать шедевры, а свои навыки передавал в мастерской ученику и подмастерью. До сих пор за деньги мы можем ездить в отпуск и наблюдать эти шедевры, но вот серийного масштабирования этих техник увы или слава богу не случилось. При развитии цивилизации стала возможной стандартизация средств производства, деталей, узлов и прочее. От ширины римских дорог до размеров кирпичей сделали возможной вторую стадию инженерии — конструирование. Из альбомов стандартных и известных деталей/узлов и материалов собирались различные конструкции.
Следующая стадия — проектирование, более сложный процесс, предполагающий взаимную связь различных аспектов проектируемой системы между собой (например, строишь атомную станцию, заранее закладывая в нее возможность вывода из эксплуатации, просчитываешь влияние на экологию и пр.). Атомный проект, космический проект и прочие сложные технические системы по сути и сформировали образ того инженера, который поселился у нас в нижнем слое понятий и шаблонов. Естественно, мы до сих пор фантомно пытаемся воспроизвести именно этот образ, проектируя образовательные программы, создавая ПИШи, приходя на лекцию и принимая экзамен или ВКР (даже в виде стартапа). Да, мы конечно имитируем все новомодные эксперименты (давясь лавандовым рафом и коверкая слово питч-сессия), но в базе у нас именно советский инженер).
Но я опасаюсь, что если мы будем готовить именно «советского» инженера, даже обладающего цифровыми компетенциями (реверанс цифровым кафедрам (не сарказм)), то он массово не выживет в деятельности и ему просто снова придется переучиваться, но уже на рабочем месте. И, рассуждая каждый раз о новом инженере, мы выдумываем очередной «инженерный спецназ», который и робота Федора спроектирует и бабушку через дорогу переведет, и девушку на концерт Шамана сводит.
Но вот обычный, массовый инженер сегодня, он какой? Какие минимальные требования к нему должны быть? Я попробую об этом поразмышлять в следующих текстах, а пока оставлю это в виде вопросов.
NB! В этом тексте сознательно ни разу не были использованы слова: технологическое лидерство, МШУ, Социоцентр) для попытки конструктивно поразмышлять над топиком.
В последние дни часто в разговорах всплывает понятие инженер и приходится уточнять у собеседников, кто как его понимает. У нашего поколение есть общий образ советского инженера, а вот понимают ли зумеры, не уверен. Я вот точно инженер, и по образованию и по сути, не раз проверял это в деле. А вот может ли называть себя инженером дата-сайентист, который не сможет заменить розетку, я не решусь ответить).
Для меня, инженер — это тот, кто обладает инженерным и системным мышлением, понимает объективный мир и его законы, владеет предметно-техническим множеством (инструментами) и меняет физический мир. Очки и белый халат уже необязательны для инженера). А вот сегодня уже кажется обязательным умение работать в команде, быть готовым к кросс-дисциплинарности, иметь какую-то социальную позицию и «продуктовую логику».
Инженерия развивалась с обычного ремесленничества, когда один мастер мог создавать шедевры, а свои навыки передавал в мастерской ученику и подмастерью. До сих пор за деньги мы можем ездить в отпуск и наблюдать эти шедевры, но вот серийного масштабирования этих техник увы или слава богу не случилось. При развитии цивилизации стала возможной стандартизация средств производства, деталей, узлов и прочее. От ширины римских дорог до размеров кирпичей сделали возможной вторую стадию инженерии — конструирование. Из альбомов стандартных и известных деталей/узлов и материалов собирались различные конструкции.
Следующая стадия — проектирование, более сложный процесс, предполагающий взаимную связь различных аспектов проектируемой системы между собой (например, строишь атомную станцию, заранее закладывая в нее возможность вывода из эксплуатации, просчитываешь влияние на экологию и пр.). Атомный проект, космический проект и прочие сложные технические системы по сути и сформировали образ того инженера, который поселился у нас в нижнем слое понятий и шаблонов. Естественно, мы до сих пор фантомно пытаемся воспроизвести именно этот образ, проектируя образовательные программы, создавая ПИШи, приходя на лекцию и принимая экзамен или ВКР (даже в виде стартапа). Да, мы конечно имитируем все новомодные эксперименты (давясь лавандовым рафом и коверкая слово питч-сессия), но в базе у нас именно советский инженер).
Но я опасаюсь, что если мы будем готовить именно «советского» инженера, даже обладающего цифровыми компетенциями (реверанс цифровым кафедрам (не сарказм)), то он массово не выживет в деятельности и ему просто снова придется переучиваться, но уже на рабочем месте. И, рассуждая каждый раз о новом инженере, мы выдумываем очередной «инженерный спецназ», который и робота Федора спроектирует и бабушку через дорогу переведет, и девушку на концерт Шамана сводит.
Но вот обычный, массовый инженер сегодня, он какой? Какие минимальные требования к нему должны быть? Я попробую об этом поразмышлять в следующих текстах, а пока оставлю это в виде вопросов.
NB! В этом тексте сознательно ни разу не были использованы слова: технологическое лидерство, МШУ, Социоцентр) для попытки конструктивно поразмышлять над топиком.