Дмитрий Глуховский как этнограф
Если бы я писала рецензию на новый роман Дмитрия Глуховского "Регистрация" (автор выложил его в открытый доступ у себя в тг-канале), я бы назвала ее именно так.
"Регистрация" представляет из себя прозаический центон (оригинально это стихотворение, полностью составленное из строк других стихотворений). Там внимательный читатель заметил отсылки к прослушкам разговоров солдат, репортажам, а когда умеренно-положительный либеральный Максим кричит на жену, он говорит, что нас всех проглотит кит и мы растворимся в его желудочном соке — это пересказ нашумевшего стихотворения Анны Русс "Какой-то страшный кит". И вообще меня все время преследовало ощущение, что автор читал вместе с нами семь тысяч писем участников войны и их семей.
Роман этот не против всех "оставшихся", хотя приятных героев там как бы и нет. И оперетточно хороший либерал Максим из "вневоенной Москвы" (чеканная формулировка) к концу демонстрирует текучесть взглядов. Парадоксально, но самый хороший персонаж в романе — умирающий "свошник" Саша, которого ранили в штурмах. Он все пытается и пытается покаяться и перед смертью рассказать, как он убивал людей, только никто не хочет его слушать.
Сына Сашу отправила на войну маму, чтобы купить квартиру. Когда Сашу ранили, Ульяна хочет добиться брака с умирающим, чтобы деньги достались ей. В ФБ я видела мнение, что это авторская фантазия, не бывает так, чтобы женщины воспринимали мужчин, как будто они какое-то карго. Хотя такого вокруг полно, просто мы это особо не замечаем.
Знаете же выражения хороший мужик на дороге не валяется? таких мужиков разбирают щенками?
Ну вот.
Я помню, как в 2018 году жительница вологодского села пыталась отдать в "хорошие руки" своего мужа, которого она разлюбила. "Хорошими руками" были сочтены руки М., участницы нашей экспедиции. С трудом отвертелись.
А после начала войны мужчины стали супер-полезным карго.
"Он идёт на СВО, я оформляю детей на него, получаю единовременную выплату в виде 5 миллионов” - так в августе 2025 году жительница Тюмени, жена участника СВО, рассказывает со смехом об улучшенном образе жизни после того, как муж пошел на войну. Выплаты позволяют “ездить на море”, а “если его убьют, то и дом купим”.
Ну а кроме того, мать Татьяна, отправляющая сына на войну — это еще и метафора Родины, убивающих своих сыновей. Помните юмор висельников начала войны?
Российский солдат звонит маме.
— Мама, мама, я тут прячусь в хате, тут такая мясорубка!
— Мясорубку не надо, у нас есть. Бери блендер,
Так что Дмитрий Глуховский — хороший этнограф, а роман — пособие по новейшей истории. Вот бы его в школе детям читать.
Магическая плашка вас защищает, не бойтесь репостить!
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ АЛЕКСАНДРОЙ СЕРГЕЕВНОЙ АРХИПОВОЙ, СОДЕРЖАЩЕЙСЯ В РЕЕСТРЕ ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА АЛЕКСАНДРЫ СЕРГЕЕВНЫ АРХИПОВОЙ, СОДЕРЖАЩЕЙСЯ В РЕЕСТРЕ ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ 18+
Если бы я писала рецензию на новый роман Дмитрия Глуховского "Регистрация" (автор выложил его в открытый доступ у себя в тг-канале), я бы назвала ее именно так.
"Регистрация" представляет из себя прозаический центон (оригинально это стихотворение, полностью составленное из строк других стихотворений). Там внимательный читатель заметил отсылки к прослушкам разговоров солдат, репортажам, а когда умеренно-положительный либеральный Максим кричит на жену, он говорит, что нас всех проглотит кит и мы растворимся в его желудочном соке — это пересказ нашумевшего стихотворения Анны Русс "Какой-то страшный кит". И вообще меня все время преследовало ощущение, что автор читал вместе с нами семь тысяч писем участников войны и их семей.
Роман этот не против всех "оставшихся", хотя приятных героев там как бы и нет. И оперетточно хороший либерал Максим из "вневоенной Москвы" (чеканная формулировка) к концу демонстрирует текучесть взглядов. Парадоксально, но самый хороший персонаж в романе — умирающий "свошник" Саша, которого ранили в штурмах. Он все пытается и пытается покаяться и перед смертью рассказать, как он убивал людей, только никто не хочет его слушать.
Сына Сашу отправила на войну маму, чтобы купить квартиру. Когда Сашу ранили, Ульяна хочет добиться брака с умирающим, чтобы деньги достались ей. В ФБ я видела мнение, что это авторская фантазия, не бывает так, чтобы женщины воспринимали мужчин, как будто они какое-то карго. Хотя такого вокруг полно, просто мы это особо не замечаем.
Знаете же выражения хороший мужик на дороге не валяется? таких мужиков разбирают щенками?
Ну вот.
Я помню, как в 2018 году жительница вологодского села пыталась отдать в "хорошие руки" своего мужа, которого она разлюбила. "Хорошими руками" были сочтены руки М., участницы нашей экспедиции. С трудом отвертелись.
А после начала войны мужчины стали супер-полезным карго.
"Он идёт на СВО, я оформляю детей на него, получаю единовременную выплату в виде 5 миллионов” - так в августе 2025 году жительница Тюмени, жена участника СВО, рассказывает со смехом об улучшенном образе жизни после того, как муж пошел на войну. Выплаты позволяют “ездить на море”, а “если его убьют, то и дом купим”.
Ну а кроме того, мать Татьяна, отправляющая сына на войну — это еще и метафора Родины, убивающих своих сыновей. Помните юмор висельников начала войны?
Российский солдат звонит маме.
— Мама, мама, я тут прячусь в хате, тут такая мясорубка!
— Мясорубку не надо, у нас есть. Бери блендер,
Так что Дмитрий Глуховский — хороший этнограф, а роман — пособие по новейшей истории. Вот бы его в школе детям читать.
Магическая плашка вас защищает, не бойтесь репостить!
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ АЛЕКСАНДРОЙ СЕРГЕЕВНОЙ АРХИПОВОЙ, СОДЕРЖАЩЕЙСЯ В РЕЕСТРЕ ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА АЛЕКСАНДРЫ СЕРГЕЕВНЫ АРХИПОВОЙ, СОДЕРЖАЩЕЙСЯ В РЕЕСТРЕ ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ 18+