Влияние античной истории и культуры на творчество Говарда Филлипса Лавкрафта было глубоким и системным, хотя биографы этому факту не уделяли особого внимания. С детства увлёкшись греко-римской мифологией, он «навеки стал греко-римлянином», воздвигал алтари Пану и Афине и даже переживал «религиозный экстаз», видя дриад в лесах. Эта любовь оказала влияние его прозу: рассказы «Дерево» (1920) и «Лунное болото» (1921), по сути, являются модернизированными вариациями овидиевских «Метаморфоз».

Античные образы регулярно всплывают и в других рассказах: от «Зелёного луга» с «рукописью на древнегреческом», «Ужаса Ред-Хука», где звучит подлинное заклинание к Гекате из «Философумена, или Обличение на все ереси» Ипполита Римского, до «Крыс в стенах» с римским культом Кибелы и Атиса. Более того, античная мифология стала одним из источников для Мифов Ктулху. Это существо напоминает Тифона и гекатонхейров, Гидра — одноименное порождение Дагона, а Шуб-Ниггурат соединяет черты Пана и Кибелы. Главное, что роднит античность и Лавкрафта, — это фатализм, идея неумолимого Рока и презрительное отношение богов к смертным. Лавкрафт очистил античные предания от наивного антропоморфизма и придал им космический масштаб, превратив древний ужас в ужас как таковой.

Хотите подробней остановиться на этом вопросе? Рекомендую сегодня присоединиться к очередной встрече Литературного Клуба, посвященного творчеству Лавкрафта, и прочитать статью Каминский А. Последний античный философ // DARKER. №8, август 2020

#АнтичныйКод #СергейПрокопенко #ЛитературныйКлубЪ #Лавкрафт