Деньги стали умными. Слишком умными
Вчера в России заработал цифровой рубль. Кошелёк себе ставить не буду, и объясню, почему для меня это в первую очередь рычаг.
Сначала про плюсы, я их вижу. Деньги от ЦБ не сгорят вместе с банком: они лежат на платформе регулятора. Переводы бесплатные, платёж мгновенный. А главное для меня как для поставщика бюджетникам - прозрачность госконтрактов. Бюджетный рубль можно пометить под конкретную поставку, и его физически нельзя увести на сторону, обналичить или прокрутить. Деньги дойдут до исполнителя, а не растворятся у посредника. Меньше воровства на госзакупках, меньше фирм-прокладок. По моей работе это важно.
И всё равно кошелёк не ставлю. Потому что та же функция, которая наводит порядок в госконтрактах, другой стороной поворачивается ко мне как к гражданину.
Дальше три цитаты, все этой весной, все с самого верха.
Набиуллина, глава ЦБ, говорила, что сбережения граждан стали чуть ли не единственным источником финансирования экономики. Внешние рынки после санкций закрыты, деньги можно взять только у своего населения. А на вкладах у людей, по данным ЦБ, лежит больше 50 триллионов рублей.
Силуанов, министр финансов, звал доставать деньги из-под подушки: под подушкой они не работают, надо, чтобы крутились в экономике. Государство заинтересовано, чтобы накопления граждан не лежали мёртвым грузом.
А в публичном поле этой весной всплывала и идея пожёстче: изъять часть вкладов и направить в бюджет. Её быстро отбили и назвали провокацией. Пока отбили.
Сложите это вместе. Наверху прямым текстом говорят: денег в экономике нет, единственный резерв - то, что накоплено гражданами, и его надо задействовать. Это официальная позиция, сказанная вслух.
И тут я возвращаюсь к самому цифровому рублю. Красить рубли под цель он умеет, я это только что хвалил на примере госконтрактов. Но красить можно любые деньги, не только бюджетные. Точно так же можно пометить и мои: эти только на еду, эти только до пятницы, потом сгорят. Плюс каждый рубль виден ЦБ поштучно - где, когда, на что. Инструмент один, а применить его можно и к казне, и к моему кошельку.
Вот где всё сходится. С одной стороны - заявленная нужда пустить накопления граждан в дело. С другой - технология, которая позволяет пометить эти деньги, задать им срок и проследить до копейки. Раньше желание было, а рычага не было. Теперь рычаг есть.
Поэтому для меня вопрос давно не в том, будут ли когда-нибудь трогать накопления граждан. Потребность названа, механизм построен. Остался ровно один вопрос: когда.
Сегодня кошелёк добровольный, сроков годности на деньги граждан нет. Но вся конструкция держится на одном - на доверии, что рычагом не воспользуются. А с доверием в стране, где персональные данные утекают базами по десятки миллионов записей, у меня туго.
Пока это добровольно, я своим правом не участвовать пользуюсь. И жду ответа на единственный оставшийся вопрос - когда добровольность закончится.
Вчера в России заработал цифровой рубль. Кошелёк себе ставить не буду, и объясню, почему для меня это в первую очередь рычаг.
Сначала про плюсы, я их вижу. Деньги от ЦБ не сгорят вместе с банком: они лежат на платформе регулятора. Переводы бесплатные, платёж мгновенный. А главное для меня как для поставщика бюджетникам - прозрачность госконтрактов. Бюджетный рубль можно пометить под конкретную поставку, и его физически нельзя увести на сторону, обналичить или прокрутить. Деньги дойдут до исполнителя, а не растворятся у посредника. Меньше воровства на госзакупках, меньше фирм-прокладок. По моей работе это важно.
И всё равно кошелёк не ставлю. Потому что та же функция, которая наводит порядок в госконтрактах, другой стороной поворачивается ко мне как к гражданину.
Дальше три цитаты, все этой весной, все с самого верха.
Набиуллина, глава ЦБ, говорила, что сбережения граждан стали чуть ли не единственным источником финансирования экономики. Внешние рынки после санкций закрыты, деньги можно взять только у своего населения. А на вкладах у людей, по данным ЦБ, лежит больше 50 триллионов рублей.
Силуанов, министр финансов, звал доставать деньги из-под подушки: под подушкой они не работают, надо, чтобы крутились в экономике. Государство заинтересовано, чтобы накопления граждан не лежали мёртвым грузом.
А в публичном поле этой весной всплывала и идея пожёстче: изъять часть вкладов и направить в бюджет. Её быстро отбили и назвали провокацией. Пока отбили.
Сложите это вместе. Наверху прямым текстом говорят: денег в экономике нет, единственный резерв - то, что накоплено гражданами, и его надо задействовать. Это официальная позиция, сказанная вслух.
И тут я возвращаюсь к самому цифровому рублю. Красить рубли под цель он умеет, я это только что хвалил на примере госконтрактов. Но красить можно любые деньги, не только бюджетные. Точно так же можно пометить и мои: эти только на еду, эти только до пятницы, потом сгорят. Плюс каждый рубль виден ЦБ поштучно - где, когда, на что. Инструмент один, а применить его можно и к казне, и к моему кошельку.
Вот где всё сходится. С одной стороны - заявленная нужда пустить накопления граждан в дело. С другой - технология, которая позволяет пометить эти деньги, задать им срок и проследить до копейки. Раньше желание было, а рычага не было. Теперь рычаг есть.
Поэтому для меня вопрос давно не в том, будут ли когда-нибудь трогать накопления граждан. Потребность названа, механизм построен. Остался ровно один вопрос: когда.
Сегодня кошелёк добровольный, сроков годности на деньги граждан нет. Но вся конструкция держится на одном - на доверии, что рычагом не воспользуются. А с доверием в стране, где персональные данные утекают базами по десятки миллионов записей, у меня туго.
Пока это добровольно, я своим правом не участвовать пользуюсь. И жду ответа на единственный оставшийся вопрос - когда добровольность закончится.