▪Сотрудничество России, а ранее СССР, со странами ССАГПЗ охватывает несколько десятилетий и прошло путь от осторожного знакомства до стратегического партнёрства с отдельными государствами. Исторический фундамент этих связей был заложен ещё в советский период, когда Москва демонстрировала готовность выстраивать отношения с арабскими странами вопреки идеологическим противоречиям.

▪Развитие отношений, начинавшееся с торгово-экономических аспектов, давно перешло на более высокий уровень. В разные периоды важную роль играли военно-техническое сотрудничество, политическая координация относительно ситуации на Ближнем Востоке, связи по исламской линии и другие направления.

▪К 2026 году сотрудничество России как с отдельными странами, так и с организацией ССАГПЗ в целом перешло на стратегический уровень. При этом сохраняется внутрирегиональная дифференциация: лидерами по уровню сотрудничества выступают ОАЭ и Саудовская Аравия, к углублению диалога стремятся Оман и Катар, а Бахрейн и Кувейт развивают партнёрство более осторожно.

▪В условиях СВО страны Персидского залива продемонстрировали нейтральную позицию и готовность к сотрудничеству, несмотря на введённые западные санкции. Особенно активно после 2022 года развивались отношения с ОАЭ и Саудовской Аравией, о чём свидетельствует высокая интенсивность контактов на высшем и высоком уровне.

▪В текущих геополитических условиях поиск новых форматов политического сотрудничества приобретает ключевое значение для безопасности и стабильности на Ближнем Востоке. В этом контексте вновь обретает актуальность российская Концепция коллективной безопасности в зоне Персидского залива, предполагающая поэтапное создание инклюзивной архитектуры безопасности на принципах международного права, неделимой безопасности и мер доверия.

▪Возможности углубления стратегического диалога связаны с направлениями, обладающими высоким потенциалом: ИТ и искусственный интеллект, атомная энергетика, освоение космоса, медицина и фармацевтика, а также культурный обмен. Успех диалога будет зависеть от способности сторон трансформировать существующие возможности в конкретные проекты, одновременно минимизируя риски региональной нестабильности и внешнего давления.