❓ Являются ли CVE'хами ложно-отрицательные срабатывания SAST?
Хочу немного дополнить пересланный выше 👆пост, и немного порассуждать вокруг вопроса, волновавшего, лично меня, с самого начала упомянутой истории с байпассами PickleScan.
Дело в том, что назначение CVE на каждый вид байпасса в SAST-инструменте — несправедливо и категорически неадекватно, как в рамках текущей экосистемы CVE, так и с позиции здравого смысла.
CVE (Common Vulnerabilities and Exposures) — это идентификатор для конкретной, известной уязвимости в программном продукте, которая существует в коде и может быть эксплуатирована.
False Negative (FN) в SAST — это отсутствие события, уязвимость, которую не удалось обнаружить. Заводить CVE на «отсутствие сигнала» — это все равно что заводить уголовное дело на сигнализацию в магазине, которая не сработала на конкретного воришку. База данных MITRE по их же политике предназначена для «воришек», а не ограничений функциональности средств анализа.
В общем виде задача детектирования уязвимости эквивалентна проблеме остановки → является неразрешимой задачей. И множество FN в ЛЮБОМ анализаторе бесконечно. Поэтому любой SAST-движок — это всегда эвристический компромисс между фолзами обоих родов, подробно рассказывал об этом ранее.
Если заводить CVE на каждый FN от анализатора, то мы столкнемся с абсурдом: каждая реальная уязвимость в мире потенциально будет иметь множество CVE: один на саму уязвимость (непосредственно в коде), а остальные — на все SAST-инструменты, которые ее не нашли. Это сделает базу CVE бесконечной и бесполезной, так как она захламится мета-проблемами.
Важный нюанс здесь: кто принимает решения на основе SAST?
Если инженер видит, что SAST ничего не нашел, и на этом основании утверждает, что код безопасен — это процессная ошибка самого разработчика или секчемпа.
SAST — это инструмент снижения рисков, а не гарантия безопасности (в отличие, скажем, от формальной верификации, или доказательного SAST, о котором фантазировал недавно). Ожидать от эвристического анализатора, так или иначе работающего на поиск признаков уязвимости, 100% покрытия — по меньшей мере наивно (по большей — просто тупо).
Искажение принимаемых решений по безопасности из-за FN — это проблема культуры DevSecOps и системы компенсирующих мер (ручной код-ревью, динамический анализ DAST, пентесты). Перекладывать эту ответственность на вендора SAST путем заведения CVE — это попытка решить внутреннюю организационную проблему техническим костылем, не более того.
⚠ TL;DR: если заводите CVE на ложно-отрицательное срабатывание в SAST-инструменте, будьте готовы к тому, что после исправления, ложно-положительных, требующих рутинного триажа с вашей же стороны, в нём станет на порядок-другой больше. Потому что этот компромисс именно так и работает.
А ещё лучше — поправьте свои процессы DevSecOps 🙂 Это прям реально нужно, раз FN от анализатора в них сейчас равноценен CVE.
Хочу немного дополнить пересланный выше 👆пост, и немного порассуждать вокруг вопроса, волновавшего, лично меня, с самого начала упомянутой истории с байпассами PickleScan.
Дело в том, что назначение CVE на каждый вид байпасса в SAST-инструменте — несправедливо и категорически неадекватно, как в рамках текущей экосистемы CVE, так и с позиции здравого смысла.
CVE (Common Vulnerabilities and Exposures) — это идентификатор для конкретной, известной уязвимости в программном продукте, которая существует в коде и может быть эксплуатирована.
False Negative (FN) в SAST — это отсутствие события, уязвимость, которую не удалось обнаружить. Заводить CVE на «отсутствие сигнала» — это все равно что заводить уголовное дело на сигнализацию в магазине, которая не сработала на конкретного воришку. База данных MITRE по их же политике предназначена для «воришек», а не ограничений функциональности средств анализа.
В общем виде задача детектирования уязвимости эквивалентна проблеме остановки → является неразрешимой задачей. И множество FN в ЛЮБОМ анализаторе бесконечно. Поэтому любой SAST-движок — это всегда эвристический компромисс между фолзами обоих родов, подробно рассказывал об этом ранее.
Если заводить CVE на каждый FN от анализатора, то мы столкнемся с абсурдом: каждая реальная уязвимость в мире потенциально будет иметь множество CVE: один на саму уязвимость (непосредственно в коде), а остальные — на все SAST-инструменты, которые ее не нашли. Это сделает базу CVE бесконечной и бесполезной, так как она захламится мета-проблемами.
Важный нюанс здесь: кто принимает решения на основе SAST?
Если инженер видит, что SAST ничего не нашел, и на этом основании утверждает, что код безопасен — это процессная ошибка самого разработчика или секчемпа.
SAST — это инструмент снижения рисков, а не гарантия безопасности (в отличие, скажем, от формальной верификации, или доказательного SAST, о котором фантазировал недавно). Ожидать от эвристического анализатора, так или иначе работающего на поиск признаков уязвимости, 100% покрытия — по меньшей мере наивно (по большей — просто тупо).
Искажение принимаемых решений по безопасности из-за FN — это проблема культуры DevSecOps и системы компенсирующих мер (ручной код-ревью, динамический анализ DAST, пентесты). Перекладывать эту ответственность на вендора SAST путем заведения CVE — это попытка решить внутреннюю организационную проблему техническим костылем, не более того.
⚠ TL;DR: если заводите CVE на ложно-отрицательное срабатывание в SAST-инструменте, будьте готовы к тому, что после исправления, ложно-положительных, требующих рутинного триажа с вашей же стороны, в нём станет на порядок-другой больше. Потому что этот компромисс именно так и работает.
А ещё лучше — поправьте свои процессы DevSecOps 🙂 Это прям реально нужно, раз FN от анализатора в них сейчас равноценен CVE.