Хабаровские протесты против ареста Фургала и сомнения журналистского сообщества в наличии доказательной базы по делу Сафронова – прямое следствие и признак острого кризиса легитимности власти. Использование силового рычага эффективно только при наличии достаточного уровня легитимности, который дает безусловный мандат власти на реализацию силовых функций. В противном случае – силовые действия власти, не обладающей доверием общества, приводят к эскалации конфликтов и провоцируют протесты, что мы сейчас и наблюдаем по всей России. О надвигающемся кризисе легитимности и необходимости изменения внутриполитического курса мы не уставая говорим последние полгода, но для Кремля, все это время пребывающиего в «триумфальных» иллюзиях, этот кризис оказался неожиданным.
«Мы совсем не понимаем показное празднование "триумфа" политическими менеджерами Кремля, которые со скоростью локомотива несут политическую систему в пропасть кризиса легитимности. Теперь нас ждет очень сложный политический турбулентный период, причины которой будут иметь корни в сегодняшнем "триумфе политической недальновидности"»
Сейчас мы наблюдаем последствия этого «триумфа», который начал прорываться наружу. «Обновленная конституция, на которой будет строиться новый каркас политической системы, рождается в муках и со смертельным пороком легитимности, что генерирует критические уязвимости, которые могут быть использованы для взлома новой политической матрицы в ближайшем будущее». Вчерашние события в Москве и Санкт-Петербурге это только начало, протесты против поправок будут только нарастать, а нелегитимность конституции станет самым неудачным фоном для большой политической реформы и транзита власти.
Любопытно наблюдать как АП теперь пытается сбросить ответственность за этот "триумф" на силовиков, в то время, когда кризис недоверия к власти в первую очередь заслуга технократов из внутриполитического блока. Это не только плод череды системных ошибок во внутренней, региональной и партийной политике, совершенных в том числе в эпоху коронабесия, но и результат их прямых деструктивных действий. Все как-то дружно забыли про то, кто создал первый в России прецедент успешного протеста против полицейского произвола «Я/Мы Голунов», когда российских первопроходцев модного международного протестного движения против полицейского беспредела поддерживали в московской мэрии и АП. Протесты против силовиков были легализованы самим же Кремлем, поэтому не стоит удивляться, почему сейчас стало так модно выходить на улицу с лозунгами «Я/Мы (Поставьте любую фамилию)», а тема протестов против полицейского произвола, про которую Песков не так давно сказал, что она «неактуальна для России», стала одной из ведущих во внутриполитической повестке.