Репост из: Юрий Баранчик
Итоги недели: всё больше косвенных признаков наступления ВСУ – и его переноса
С чисто военной точки зрения прошедшая неделя не принесла особенных сенсаций в плане громких побед – но её нельзя назвать обыденной. Ряд внешне незначительных новостей как непосредственно с украинского ТВД, так и в глобальной повестке, в сумме создают картину крайней значимости украинского наступления одновременно с ростом мотивации его отложить до некоего удобного момента.
Резонансные новости об окружении Артёмовска оказались преждевременными, продолжаются активные бои: ЧВК «Вагнер» контролирует уже более 80% города. Идут активные столкновения у Авдеевки.
Враг отмечает наращивание интенсивности ударов тяжелыми бомбами ФАБ-1500 с модулями планирования по позициям ВСУ в жилых домах. Методов противодействия таким бомбам у ВСУ пока нет, а значит в тактическом смысле возникает перелом: укрепляться в домах, как огневых точках, нет никакого смысла.
В свою очередь, враг применяет ОТРК «Гром-2» по Крыму – уже вторая ракета этого комплекса была сбита крымской ПВО. Не исключено, что ВСУ пытаются выявить систему ПВО острова для коррекции планов по-настоящему значимого ракетного удара.
На Украине явно намерены создать с горизонтом в месяц-два (или раньше) значительный мобилизационный резерв. Для чего создается соответствующая юридическая база, позволяющая считать мобилизованным любого прохожего.
Центры призыва начали практическую реализацию принятого украинским кабмином постановления № 318, согласно которому вручать повестки можно без привязки к месту жительства. Раньше этого пункта в законодательстве не имелось. Кроме того, возбуждать административные и уголовные дела теперь можно по месту фактического нахождения украинца, приглянувшегося уличным патрулям военкомов.
Украинские паблики фиксируют рост активности военкомов и, соответственно, увеличение числа принудительно загнанных в армию. Что уже в скором времени должно, так или иначе, сказаться: как минимум, ВСУ сможет бросить мобилизованных на оборонительные рубежи, высвободив наиболее боеготовые части для наступления.
Параллельно с этим процессом началось резервирование украинских больниц и военных госпиталей (например, в Одессе) под некую задачу – нетрудно предположить, какую.
Сроки украинского наступления по-прежнему трудно определить с точки зрения военных целей. С политической точки зрения, разумным для Киева вариантом был бы период с 6 по 9 мая, что вызвало бы максимально возможный пропагандистский эффект. Тем более, его к этому подталкивают и в НАТО.
Сквозь военную призму, оформление украинского наступления идет медленно по целому ряду объективных факторов. Это аномальная погода, делающая значительную часть полей труднопроходимой для колесной техники, недостаточно быстрое по меркам украинской стороны насыщение бронетехникой, по-прежнему нулевая группировка ВВС, а также высокий расход живой силы – в основном, под Артёмовском.
У ВСУ сохраняются достаточные резервы, и не только за счет мобилизации. Собранная для штурма Херсона украинская группировка хоть и была заметно бита после переброски некоторых частей под Артёмовск, остается значимым фактором.
Однако, если украинские силы будут уничтожаться под Артёмовском так же интенсивно, как и сейчас (до 750 человек убитыми и ранеными), то чрезмерное затягивание наступления может привести к тому, что украинский потенциал будет снижен до неприемлемого уровня ещё до перехода в активную фазу.
Можно отметить значительный рост публикаций иностранных СМИ и think tank, которые формируют мнение, что вне зависимости от результатов наступления, сам его факт – уже успех. И после сколько-нибудь внятного удара по России надо использовать импульс для дипломатического давления с выходом на «приемлемый для Запада мир». Мнением Киева не особенно интересуются.
С чисто военной точки зрения прошедшая неделя не принесла особенных сенсаций в плане громких побед – но её нельзя назвать обыденной. Ряд внешне незначительных новостей как непосредственно с украинского ТВД, так и в глобальной повестке, в сумме создают картину крайней значимости украинского наступления одновременно с ростом мотивации его отложить до некоего удобного момента.
Резонансные новости об окружении Артёмовска оказались преждевременными, продолжаются активные бои: ЧВК «Вагнер» контролирует уже более 80% города. Идут активные столкновения у Авдеевки.
Враг отмечает наращивание интенсивности ударов тяжелыми бомбами ФАБ-1500 с модулями планирования по позициям ВСУ в жилых домах. Методов противодействия таким бомбам у ВСУ пока нет, а значит в тактическом смысле возникает перелом: укрепляться в домах, как огневых точках, нет никакого смысла.
В свою очередь, враг применяет ОТРК «Гром-2» по Крыму – уже вторая ракета этого комплекса была сбита крымской ПВО. Не исключено, что ВСУ пытаются выявить систему ПВО острова для коррекции планов по-настоящему значимого ракетного удара.
На Украине явно намерены создать с горизонтом в месяц-два (или раньше) значительный мобилизационный резерв. Для чего создается соответствующая юридическая база, позволяющая считать мобилизованным любого прохожего.
Центры призыва начали практическую реализацию принятого украинским кабмином постановления № 318, согласно которому вручать повестки можно без привязки к месту жительства. Раньше этого пункта в законодательстве не имелось. Кроме того, возбуждать административные и уголовные дела теперь можно по месту фактического нахождения украинца, приглянувшегося уличным патрулям военкомов.
Украинские паблики фиксируют рост активности военкомов и, соответственно, увеличение числа принудительно загнанных в армию. Что уже в скором времени должно, так или иначе, сказаться: как минимум, ВСУ сможет бросить мобилизованных на оборонительные рубежи, высвободив наиболее боеготовые части для наступления.
Параллельно с этим процессом началось резервирование украинских больниц и военных госпиталей (например, в Одессе) под некую задачу – нетрудно предположить, какую.
Сроки украинского наступления по-прежнему трудно определить с точки зрения военных целей. С политической точки зрения, разумным для Киева вариантом был бы период с 6 по 9 мая, что вызвало бы максимально возможный пропагандистский эффект. Тем более, его к этому подталкивают и в НАТО.
Сквозь военную призму, оформление украинского наступления идет медленно по целому ряду объективных факторов. Это аномальная погода, делающая значительную часть полей труднопроходимой для колесной техники, недостаточно быстрое по меркам украинской стороны насыщение бронетехникой, по-прежнему нулевая группировка ВВС, а также высокий расход живой силы – в основном, под Артёмовском.
У ВСУ сохраняются достаточные резервы, и не только за счет мобилизации. Собранная для штурма Херсона украинская группировка хоть и была заметно бита после переброски некоторых частей под Артёмовск, остается значимым фактором.
Однако, если украинские силы будут уничтожаться под Артёмовском так же интенсивно, как и сейчас (до 750 человек убитыми и ранеными), то чрезмерное затягивание наступления может привести к тому, что украинский потенциал будет снижен до неприемлемого уровня ещё до перехода в активную фазу.
Можно отметить значительный рост публикаций иностранных СМИ и think tank, которые формируют мнение, что вне зависимости от результатов наступления, сам его факт – уже успех. И после сколько-нибудь внятного удара по России надо использовать импульс для дипломатического давления с выходом на «приемлемый для Запада мир». Мнением Киева не особенно интересуются.