Версия Ксении Собчак о том, что Павел Дуров якобы специально поехал в Париж, чтобы уберечься от экстрадиции в США, при всей своей наивности тем не менее символизирует изменение тональности отношения к Дурову у той из кремлевских башен, которая по всей видимости имела с ним близкие контакты и возможно даже и совместные проекты. Изменение этой тональности заметно сегодня и в инфополе, и в метаморфозе brief в ЕЖ. "Еж" ведь (безотносительно истории интернет-ресурса ej.ru) - он такой прежде всего колючий.

Это "похолодание" у части Кремля к Дурову делает затруднительным возможный его обмен в Россию на "француза" Винатье, весь бэкграунд которого совсем-совсем не французский. И если мы всерьез станем рассматривать первоначальную версию о попытке рейдерского захвата Telegram со стороны Лондона, то сегодняшнее "похолодание" части Кремля по отношению к Дурову - это как раз сигнал на внешний контур о том, что Кремль понял, что за комбинацией с арестом Дурова в Париже скрывается нечто большее, чем пополнение Mi6 (Макроном) своего "обменного фонда".