Репост из: Друид
Юрий Баранчик @barantchik специально для Друида @wisedruidd
Сегодня на заседании Высшего Евразийского экономического совета, а также в обращении к министрам обороны стран ШОС и СНГ, президент России Владимир путин сделал ряд важных заявлений, отметив, в частности, что США и их партнёры по НАТО фактически разрушили десятилетиями создаваемую архитектуру стратегической стабильности, сознательно с 2014 года готовили из Украины плацдарм для нападения на Россию.
С учётом откровений Ангелы Меркель относительно Минских соглашений, которые, по её мнению, должны были дать время Западу для поставок вооружений и обучения военнослужащих ВСУ, а Украине для создания более мощной армии, понятно, что России не оставили выбора относительно необходимости проведения СВО. В условиях отсутствия договорённостей по гарантиям безопасности с США в Европе она должна была состояться. И первопричина – война не должна была идти на территории России.
Как и в случае с фашистской Германией, Запад готовил из Украины "ледокол", который должен был обрушиться на Россию, а в случае повторения провокации 1939 года, типа, Украина ответила на пограничный конфликт, Запад спокойно ввёл бы войска на Украину, а затем и на территорию России. Поэтому у Москвы был только один вариант предотвратить такое развитие событий – атаковать первой. На этом, особенно после признаний А. Меркель, дискуссию по данному вопросу можно считать оконченной. Запад получил то, что должен был получить.
Вместе с тем, необходимо сказать и об обратной стороне идущей СВО. Дело в том, что и союзники, и нейтральные страны, и враги очень чётко считывают готовность Москвы к жесткому или мягкому (никакому) отстаиванию своих интересов. Вспомним, в начале СВО официальный Киев эвакуировался во Львов. И нет никаких сомнений, что в случае быстрого развития наступления, Владимир Зеленский с компашкой бежал бы в Польшу.
Однако Стамбул и другие "мирные договорённости" привели к тому, что режим В. Зеленского чувствует себя достаточно вольготно. А это сказывается и на агрессивном настрое украинской армии. Если бы у Иосифа Сталина была техническая возможность дотянуться до бункера Адольфа Гитлера, нет никаких сомнений в том, что от бункера остались бы одни развалины. Тогда почему до сих пор банкует Банковая?
Мы можем хоть каждый день говорить о том, что цели СВО не изменились. Однако наши действия это опровергают – мы не признаём режим В. Зеленского террористическим; мы не разрушаем структуру управления войсками; мы не разрушаем структуру управления государством и т.д. И это создаёт ненужную и опасную двойственность – судя по рейтингами политических передач, народ снова разочарован в ходе проведения СВО и дистанцируется от государства в сторону развлекательных передач.
Видя данную нестыковку официально заявляемых целей и реальных боевых целей, нет ничего удивительного в том, что наши союзники (Белоруссия) и нейтральные страны (Китай, Индия, Казахстан, Узбекистан и т.д.) ведут себя крайне осторожно. А кое-кто, например, Армения, и явно враждебно. Если мы не демонстрируем впечатляющую силу, то и нашим партнёрам нет резона вставать под наши знамёна. Позиция тех же Казахстана и Узбекистана относительно тройственного союза по поставкам углеводородов полностью понятна – они не чувствуют в нас хозяина. А если нет хозяина, то некому подчиняться.
Если Запад будет видеть нашу нерешительность и дальше, то он откроет второй фронт через Польшу в Белоруссии или через прибалтийские страны в Калининградской области. Поэтому нам крайне необходимо усилить военные действия и добиться одной-двух крупных побед на фронтах. Надо изменить психологический фон проведения СВО. И не только для внешних партнёров-оппонентов, но и для населения самой страны. Лучше всего для этих целей подходит взятие Николаева и Одессы.
Надо снова вогнать Запад в состояние страха. И нет для этой цели ничего лучше, чем воссоздание имиджа российской армии как Красной машины, которая сносит на своём пути все. Только это путь к мирным переговорам – наша тотальная и доминирующая военная мощь на полях сражений.
Сегодня на заседании Высшего Евразийского экономического совета, а также в обращении к министрам обороны стран ШОС и СНГ, президент России Владимир путин сделал ряд важных заявлений, отметив, в частности, что США и их партнёры по НАТО фактически разрушили десятилетиями создаваемую архитектуру стратегической стабильности, сознательно с 2014 года готовили из Украины плацдарм для нападения на Россию.
С учётом откровений Ангелы Меркель относительно Минских соглашений, которые, по её мнению, должны были дать время Западу для поставок вооружений и обучения военнослужащих ВСУ, а Украине для создания более мощной армии, понятно, что России не оставили выбора относительно необходимости проведения СВО. В условиях отсутствия договорённостей по гарантиям безопасности с США в Европе она должна была состояться. И первопричина – война не должна была идти на территории России.
Как и в случае с фашистской Германией, Запад готовил из Украины "ледокол", который должен был обрушиться на Россию, а в случае повторения провокации 1939 года, типа, Украина ответила на пограничный конфликт, Запад спокойно ввёл бы войска на Украину, а затем и на территорию России. Поэтому у Москвы был только один вариант предотвратить такое развитие событий – атаковать первой. На этом, особенно после признаний А. Меркель, дискуссию по данному вопросу можно считать оконченной. Запад получил то, что должен был получить.
Вместе с тем, необходимо сказать и об обратной стороне идущей СВО. Дело в том, что и союзники, и нейтральные страны, и враги очень чётко считывают готовность Москвы к жесткому или мягкому (никакому) отстаиванию своих интересов. Вспомним, в начале СВО официальный Киев эвакуировался во Львов. И нет никаких сомнений, что в случае быстрого развития наступления, Владимир Зеленский с компашкой бежал бы в Польшу.
Однако Стамбул и другие "мирные договорённости" привели к тому, что режим В. Зеленского чувствует себя достаточно вольготно. А это сказывается и на агрессивном настрое украинской армии. Если бы у Иосифа Сталина была техническая возможность дотянуться до бункера Адольфа Гитлера, нет никаких сомнений в том, что от бункера остались бы одни развалины. Тогда почему до сих пор банкует Банковая?
Мы можем хоть каждый день говорить о том, что цели СВО не изменились. Однако наши действия это опровергают – мы не признаём режим В. Зеленского террористическим; мы не разрушаем структуру управления войсками; мы не разрушаем структуру управления государством и т.д. И это создаёт ненужную и опасную двойственность – судя по рейтингами политических передач, народ снова разочарован в ходе проведения СВО и дистанцируется от государства в сторону развлекательных передач.
Видя данную нестыковку официально заявляемых целей и реальных боевых целей, нет ничего удивительного в том, что наши союзники (Белоруссия) и нейтральные страны (Китай, Индия, Казахстан, Узбекистан и т.д.) ведут себя крайне осторожно. А кое-кто, например, Армения, и явно враждебно. Если мы не демонстрируем впечатляющую силу, то и нашим партнёрам нет резона вставать под наши знамёна. Позиция тех же Казахстана и Узбекистана относительно тройственного союза по поставкам углеводородов полностью понятна – они не чувствуют в нас хозяина. А если нет хозяина, то некому подчиняться.
Если Запад будет видеть нашу нерешительность и дальше, то он откроет второй фронт через Польшу в Белоруссии или через прибалтийские страны в Калининградской области. Поэтому нам крайне необходимо усилить военные действия и добиться одной-двух крупных побед на фронтах. Надо изменить психологический фон проведения СВО. И не только для внешних партнёров-оппонентов, но и для населения самой страны. Лучше всего для этих целей подходит взятие Николаева и Одессы.
Надо снова вогнать Запад в состояние страха. И нет для этой цели ничего лучше, чем воссоздание имиджа российской армии как Красной машины, которая сносит на своём пути все. Только это путь к мирным переговорам – наша тотальная и доминирующая военная мощь на полях сражений.