🔍Фактчекинг по-башкирски: о национальном образовании в республике
Экстремисту Габбасову неспокойно в Литве и надо отрабатывать свой хлеб перед западными хозяевами. Вот вам пост, где он, кажется, взял на себя роль защитника башкирского языка. Но знаете, нам кажется, он больше похож на человека, который пытается продать
вам бракованный товар с заведомо завышенной ценой.
Габбасов утверждает, что башкирский язык на грани исчезновения и приводит статистику о том, что к 2018 году у нас осталось лишь 212 школ с башкирским языком обучения. И с тех пор картина все хуже и хуже. И виноват во всем Хабиров...
А теперь представьте себе: с 2019 года этот показатель начал расти! Ну как так? Вдруг все снова вспомнили, что у нас есть родной язык? Это же просто чудо!
И вот он, наш Габбасов, с графиками до 2019 года, как будто у него в кармане только старые газеты. А статистику за последние пять лет он, похоже, просто не заметил — или не захотел заметить. Зачем же ему это? Лучше сделать громкое заявление и указать пальцем на главу республики, мол, это всё он виноват.
Но давайте посмотрим правде в глаза: за 2023-2024 учебный год обучение на башкирском языке организовано уже в 396 школах! И там учатся почти 37 тысяч детей! Это что, не успех? Или нам снова нужно нарисовать график, чтобы это было более «убедительно»?
Фактчекинг — это такая вещь, что иногда напоминает борьбу с тенью: сколько ни объясняй людям, что прежде чем делать громкие заявления, нужно изучить вопрос досконально. Но кто ж на это обращает внимание? Главное — сделать громкий пост и привлечь внимание.
Так что, давайте будем внимательнее к информации и не позволим себе поддаваться на уловки «псевдоэкспертов». Лучше уж разберемся сами и будем гордиться тем, что башкирский язык не исчезает — он живет и развивается!
Экстремисту Габбасову неспокойно в Литве и надо отрабатывать свой хлеб перед западными хозяевами. Вот вам пост, где он, кажется, взял на себя роль защитника башкирского языка. Но знаете, нам кажется, он больше похож на человека, который пытается продать
вам бракованный товар с заведомо завышенной ценой.
Габбасов утверждает, что башкирский язык на грани исчезновения и приводит статистику о том, что к 2018 году у нас осталось лишь 212 школ с башкирским языком обучения. И с тех пор картина все хуже и хуже. И виноват во всем Хабиров...
А теперь представьте себе: с 2019 года этот показатель начал расти! Ну как так? Вдруг все снова вспомнили, что у нас есть родной язык? Это же просто чудо!
И вот он, наш Габбасов, с графиками до 2019 года, как будто у него в кармане только старые газеты. А статистику за последние пять лет он, похоже, просто не заметил — или не захотел заметить. Зачем же ему это? Лучше сделать громкое заявление и указать пальцем на главу республики, мол, это всё он виноват.
Но давайте посмотрим правде в глаза: за 2023-2024 учебный год обучение на башкирском языке организовано уже в 396 школах! И там учатся почти 37 тысяч детей! Это что, не успех? Или нам снова нужно нарисовать график, чтобы это было более «убедительно»?
Фактчекинг — это такая вещь, что иногда напоминает борьбу с тенью: сколько ни объясняй людям, что прежде чем делать громкие заявления, нужно изучить вопрос досконально. Но кто ж на это обращает внимание? Главное — сделать громкий пост и привлечь внимание.
Так что, давайте будем внимательнее к информации и не позволим себе поддаваться на уловки «псевдоэкспертов». Лучше уж разберемся сами и будем гордиться тем, что башкирский язык не исчезает — он живет и развивается!