Испорченное 35-летие Павла Дурова —свидетельство того, что "проект Чимерика" ещё не умер, несмотря на торговые войны Вашингтона и Пекина.
Основатель Telegram, в отличие от тех же Грефа с Воложем, претендует на глобальное (а не национальное) цифровое лидерство.
Причём, в качестве хозяина экосистемы, способной конкурировать с Amazon или AliBaba.
Но если есть возможность разрешить американо-китайские экономические противоречия, то как раз с помощью кросс-платформенного взаимодействия.
Т. е. —создания "цифровой Чимерики", позволяющей обнулить транзакционные издержки при взаимной торговле и обеспечить равный доступ для всех производителей обеих стран.
При этом с точки зрения национальных интересов принципиально важно, чтобы "ключи" от этого глобального маркетплейса находились только в американских и китайских руках.
Соответственно, третьего аналогичного проекта не просто не дано. Его не должно быть.
Неплохой стартовый интеллектуальный потенциал (плоды советской матшколы и т.п.) давал России шанс всё-таки вмешаться в эту историю.
Но тогда надо было бы для начала признать, что в наступающую цифровую эпоху суверенитет и нацбезопасность обеспечиваются не блокировками и запретами, а как раз режимом наибольшего благоприятствования для российских создателей цифровых платформ.
Причём, вне зависимости от того, насколько тесно они связаны с государством, и даже от их формальной юрисдикции.
Основатель Telegram, в отличие от тех же Грефа с Воложем, претендует на глобальное (а не национальное) цифровое лидерство.
Причём, в качестве хозяина экосистемы, способной конкурировать с Amazon или AliBaba.
Но если есть возможность разрешить американо-китайские экономические противоречия, то как раз с помощью кросс-платформенного взаимодействия.
Т. е. —создания "цифровой Чимерики", позволяющей обнулить транзакционные издержки при взаимной торговле и обеспечить равный доступ для всех производителей обеих стран.
При этом с точки зрения национальных интересов принципиально важно, чтобы "ключи" от этого глобального маркетплейса находились только в американских и китайских руках.
Соответственно, третьего аналогичного проекта не просто не дано. Его не должно быть.
Неплохой стартовый интеллектуальный потенциал (плоды советской матшколы и т.п.) давал России шанс всё-таки вмешаться в эту историю.
Но тогда надо было бы для начала признать, что в наступающую цифровую эпоху суверенитет и нацбезопасность обеспечиваются не блокировками и запретами, а как раз режимом наибольшего благоприятствования для российских создателей цифровых платформ.
Причём, вне зависимости от того, насколько тесно они связаны с государством, и даже от их формальной юрисдикции.