Вне зависимости от причин крушения пригожинского самолета, 23 августа произошел окончательный размен силового капитала основателя «Вагнера» на символический.
Подобно тому, как двумя месяцами ранее знаменитый «марш справедливости» был попыткой конвертации «вагнеровских» прибылей в политический капитал.
Причем, нельзя назвать ту июньскую попытку неудачной. С учетом встречи Путина с «вагнеровцами» и самим Пригожиным, меньше чем через неделю после объявления их «мятежниками».
Правда, как мы отмечали, такая «политизация лишенцев» несла в себе риски едва ли не более серьезные, чем 20-летней давности «скупка Госдумы», начатая было Ходорковским.
Даром что эта новая угроза уже не «буржуазная» (как тогда), а скорее «антибуржуазная».
Кроме того, в 2003-м главный политэкономический конфликт был обусловлен претензиями силовиков на получение последнего слова в легитимации крупнейшей частной собственности.
А в 2023-м Пригожин добивался признания легитимности превращения самого силового ресурса в частный (потенциально монетизируемый и/или обмениваемый на другие, «несиловые») актив.
Основателю ЧВК «Вагнер» чуть было не удалось то, что за десятилетия не получилось у основных выгодоприобретателей «дела ЮКОСа» и прочих «равноудалителей», формально так и оставшихся топ-менеджерами. И потому, в большей степени, чем легитимные собственники, зависимыми от выбора того или иного «транзитного» сценария.
Но переход первого и единственного в своем роде предпринимателя-силовика в статус «русского Че» едва ли делает жизнь достаточно многочисленных силовиков-предпринимателей и их еще более разветвленной госкапиталистической клиентелы более спокойной и предсказуемой.
Хотя бы потому, что «символическая капитализация» Пригожина обнуляет те репутационные издержки, которые у него неизбежно возникли бы, сумей он зафиксировать политические прибыли в виде получения какой-нибудь многомиллионной доли или ренты.
Цинично говоря, место на знамени стоит намного дороже.
А чем меньше в стране будет собственников, уверенных, что судьба их собственности исключительно в их руках, а не «царя или героя», -- тем больше шансов, что рано или поздно найдутся те, кто поднимет это знамя. С Пригожиным.
Подобно тому, как двумя месяцами ранее знаменитый «марш справедливости» был попыткой конвертации «вагнеровских» прибылей в политический капитал.
Причем, нельзя назвать ту июньскую попытку неудачной. С учетом встречи Путина с «вагнеровцами» и самим Пригожиным, меньше чем через неделю после объявления их «мятежниками».
Правда, как мы отмечали, такая «политизация лишенцев» несла в себе риски едва ли не более серьезные, чем 20-летней давности «скупка Госдумы», начатая было Ходорковским.
Даром что эта новая угроза уже не «буржуазная» (как тогда), а скорее «антибуржуазная».
Кроме того, в 2003-м главный политэкономический конфликт был обусловлен претензиями силовиков на получение последнего слова в легитимации крупнейшей частной собственности.
А в 2023-м Пригожин добивался признания легитимности превращения самого силового ресурса в частный (потенциально монетизируемый и/или обмениваемый на другие, «несиловые») актив.
Основателю ЧВК «Вагнер» чуть было не удалось то, что за десятилетия не получилось у основных выгодоприобретателей «дела ЮКОСа» и прочих «равноудалителей», формально так и оставшихся топ-менеджерами. И потому, в большей степени, чем легитимные собственники, зависимыми от выбора того или иного «транзитного» сценария.
Но переход первого и единственного в своем роде предпринимателя-силовика в статус «русского Че» едва ли делает жизнь достаточно многочисленных силовиков-предпринимателей и их еще более разветвленной госкапиталистической клиентелы более спокойной и предсказуемой.
Хотя бы потому, что «символическая капитализация» Пригожина обнуляет те репутационные издержки, которые у него неизбежно возникли бы, сумей он зафиксировать политические прибыли в виде получения какой-нибудь многомиллионной доли или ренты.
Цинично говоря, место на знамени стоит намного дороже.
А чем меньше в стране будет собственников, уверенных, что судьба их собственности исключительно в их руках, а не «царя или героя», -- тем больше шансов, что рано или поздно найдутся те, кто поднимет это знамя. С Пригожиным.