Прочёл в отпуске две книги современных писателей, поделюсь с вами впечатлениями, а то последние посты были довольно мрачными.
Те, кто уже долго подписан на «Чернотроп», знают, что я очень переживал за писательскую судьбу Алексея Сальникова. После выхода «Опосредованно» мне показалось, что РЕШ лепят из Сальникова удобного автора, который теперь будет вынужден использовать проверенные и популярные у аудитории приёмы из романа в роман.
Но вот Серебренников снял по «Петровым в гриппе» фильм, известность Сальникова возросла… и от автора отстали — «Оккультрегер» написан явно на ином дыхании и с иным ощущением творческой свободы.
Сальников по-прежнему с любовью препарирует русскую глубинку, всё так же хорош в чёрном юморе и лёгком абсурдизме. Херувимы в образе похмельных калдырей — это, конечно, удачный образ. Любой, кто нёс себя в КБ-шку поздним утром, знает, что где-то на фоне в этот момент поют ангелы, а окружающий мир становится хрустальным; чихни — и лопнет. Вековая грусть в глазах похмельного человека подобна взгляду с икон.
Ну да ладно, отвлёкся. В целом новый роман Сальникова в современную эпоху тотального ожесточения воспринимается, как ода неизбежности зла и жестокости — никуда от него не денешься, мир, как говорил Уэльбек, ничтожен, он полон насилия и несправедливости, и с этим надо как-то жить. Правда, в отличие от героинь Сальникова, суперсилами мы не обладаем и права на второй шанс нам не выдают. Что делать, непонятно, «Оккультрегер» не даёт ответов, но искусство и не призвано их давать. Ответ каждому придётся искать самостоятельно.
Те, кто уже долго подписан на «Чернотроп», знают, что я очень переживал за писательскую судьбу Алексея Сальникова. После выхода «Опосредованно» мне показалось, что РЕШ лепят из Сальникова удобного автора, который теперь будет вынужден использовать проверенные и популярные у аудитории приёмы из романа в роман.
Но вот Серебренников снял по «Петровым в гриппе» фильм, известность Сальникова возросла… и от автора отстали — «Оккультрегер» написан явно на ином дыхании и с иным ощущением творческой свободы.
Сальников по-прежнему с любовью препарирует русскую глубинку, всё так же хорош в чёрном юморе и лёгком абсурдизме. Херувимы в образе похмельных калдырей — это, конечно, удачный образ. Любой, кто нёс себя в КБ-шку поздним утром, знает, что где-то на фоне в этот момент поют ангелы, а окружающий мир становится хрустальным; чихни — и лопнет. Вековая грусть в глазах похмельного человека подобна взгляду с икон.
Ну да ладно, отвлёкся. В целом новый роман Сальникова в современную эпоху тотального ожесточения воспринимается, как ода неизбежности зла и жестокости — никуда от него не денешься, мир, как говорил Уэльбек, ничтожен, он полон насилия и несправедливости, и с этим надо как-то жить. Правда, в отличие от героинь Сальникова, суперсилами мы не обладаем и права на второй шанс нам не выдают. Что делать, непонятно, «Оккультрегер» не даёт ответов, но искусство и не призвано их давать. Ответ каждому придётся искать самостоятельно.