Настойка в калабасе

Когда просыпаешься в свой день рождения, невольно начинаешь вспоминать прошедший год. И всегда думаешь: «Ого, как быстро он прошёл!» Кажется, что завтра уже твой очередной день рождения, а послезавтра — следующий, и так далее. И вот — финишная прямая и неизбежный конец. Память усиленно начинает вспоминать яркие события за прошедший год, делать какие-то заметки, помарки, архивировать, собирать и делать выводы. Карта памяти раскрашивается внутренними географическими названиями. И остаётся только прямой, как оголённый нерв, вопрос: насколько я приблизился к своей мечте? Вопрос, за который тебе даже становится стыдно перед самим собой, ведь ты уже в суете дел, забот и событий начинаешь забывать, что когда-то мечтал и уверенно, каждый день, шёл к своей мечте. А теперь и за год не приблизился к ней ни на йоту. Поэтому я обещаю самому себе: в этот год своей жизни я буду работать над тем, чтобы идти к своей мечте, чтобы завтра и послезавтра мне не было стыдно задавать себе этот вопрос, а в конечном итоге он бы вообще отпал.

.

А если у кого-то из вас, друзья, есть желание поздравить меня, то можно закинуть на карту сбера по номеру телефона:

+7-985-130-46-42

Я давно не перечитывал «Дневники книготорговца» Шона Байтелла — владельца книжного в шотландском Уигтауне, где живёт около тысячи человек.

Всё никак не успею дочитать книгу Хорхе Кариона. Испанский писатель путешествует по миру и описывает книжные магазины. Сам мечтаю так делать.

Каждое утро по дороге на работу я генерирую в голове кучу идей, как привлечь людей в «Листву». В наш маленький подвальчик на Чистопрудном бульваре.

Недавно закрылся «Ходасевич». А я любил — бывало, гуляя по Покровке, — нырнуть в арку и спуститься к ним. В полторы комнаты, заваленные книгами. Покопаешься — и всегда найдёшь что-то интересное. Да и история у того места была удивительная. Теперь на карте Москвы стало пустее. С каждым закрытым книжным в любом городе будто умирает важная часть. Та, которая делает город — городом, а не просто нагромождением улиц и домов, где люди толкутся в своих заботах.

К сожалению, тягаться с маркетплейсами в продажах у книжных нет возможности. Это очевидно. Маркетплейсы — спрут или многоголовая гидра для любой офлайн-точки. Особенно книжной.

И если, читающий человек, тебе хочется, чтобы в твоём городе был книжный — иди туда, покупай и читай. Противостой искушению заказать с дивана томик-другой и забрать его в ближайшем ПВЗ.

Как мне хочется, чтобы в маленьких российских городах, где живёт около тысячи человек, были свои уникальные книжные. Чтобы они становились сердцем города. Чтобы путешественники, которые пишут о книжных мира, стремились приехать в такой и рассказать о нём. Чтобы дневники книжника из российской глубинки — со своим колоритом, своей грустью и надеждой — становились мировым бестселлером.

Поэтому, читающий люд, выходите из комнат. Идите в книжные. Не дайте им исчезнуть.

Совершенно неожиданно Москву засыпало снегом. Солнце не балует нас в этом году теплом, поэтому снег до сих пор лежит на крышах столичных домов. Однако есть что-то парадоксально красивое в этом пейзажном контрасте — молодая зелень, что только что вылупилась из почек, и метель вокруг.

И, несмотря ни на что, по улицам города гуляет множество влюблённых парочек, которые, кажется, совсем не замечают непогоды.

Сегодня День независимых книжных, и по этому поводу хочется поделиться своими мыслями. Вот уже пятый год я работаю книготорговцем в «Листве». Порой, заворачивая книгу в пакет, ловлю себя на внутреннем интересе: сколько же всего книг я продал за все эти годы? Наверное, уже не сосчитать, но с уверенностью можно сказать — счёт идёт на десятки тысяч. Можно представить, что я полностью снабдил книгами небольшой провинциальный город. А книги из «Листвы», и это я точно знаю, разлетелись во все концы света. Наверное, только в Австралию их не увозили. И хотя «Листвы» нет на карте независимых книжных, выходит, что на метафизической карте мира «Листва» есть уже практически везде.

Однако, несмотря на то, что сегодня мне положено праздновать свой день — независимого книготорговца, — мне грустно. Грустно, потому что на карте России независимых книжных становится всё меньше. И мы тоже изо всех сил боремся, чтобы оставаться маяком и точкой притяжения, вокруг которых движутся литосферные смысловые плиты.

Поэтому лучший подарок для меня — если вы, неравнодушный читатель, зайдёте в гости в «Листву» и купите книгу. Чтобы мы могли работать для вас дальше. А если такой возможности нет — поделитесь в комментариях фотографией книги, которую однажды я вам продал.

Любите печатное слово, друзья.

Вчера поучаствовал в книжном фестивале non-fiction. Помогал на стенде дружеского издательства Fortis Press. Для меня этот опыт работы — с одной стороны, углубления и оттачивания навыков книготорговца, а с другой стороны — проверка себя как книжника. Ведь к каждому стенду издательства подходит своя читающая аудитория. И тут уже начинаются разные сценария взаимодействия с людьми: где-то знакомые уже, а где-то не совсем привычные для тебя, просто потому что ты не привык работать с книгами другой направленности, например по Китаю.

Несколько занятных заметок. Сегодня мне одна пожилая женщина рассказала, что её отец любил читать стихи у печки. Мне было уютно представить себе этого не знакомого мне человека, который возвращался домой и, сидя у тёплых кирпичей печки, читал стихотворения.

А другой мужчина купил новинку издательства, чтобы мы подарили её просто другому человеку: «Подарите её, кому посчитаете нужным», — сказал он и ушёл.

Мы договорились подарить подростку.

Работать с книгами — это будто бы каждый день отправляться в кругосветное путешествие. Как в романе Жюля Верна. Только у тебя не 80 дней, а всего-навсего рабочий день.

На книжной выставке в Минске:

— Где у вас «Протоколы сионских мудрецов»?
— У нас их нет. Да и на территории Российской Федерации эта книга запрещена.
— У нас в Беларуси разрешена. Можете вытаскивать и продавать.
— Ага, спасибо.