Запущенная вчера "интрига" вокруг нового главы счётной палаты весьма показательна. Похоже, кто-то хочет "вышибить" Макарова из числа претендентов, потому что Жуков безусловно тяжеловеснее.
Мне кажется, интересанты "интриги" - это либо действующие аудиторы, например Штогрин и Орлова, либо министр Силуанов, либо они вместе.
Первые потому, что прекрасно понимают - сработаться с бывшим коллегой в виде начальника будет непросто. Одно дело, взаимодействовать с ним в качестве исполнителя по парламентскому контролю, и совсем другое - стать объектом его эмоциональных реакций на ежедневной основе. К тому же, мы не знаем, как за эти годы сложились их личные отношения. А для Андрея Михайловича это очень важно, и все это знают. Судя по его нервной реакции на реплику Орловой на последнем завтраке Сбера на ПМЭФ, здесь есть о чём задуматься. Поэтому Светлана Юрьевна и Сергей Иванович очень запросто могли всё доступно объяснить Алексею Леонидовичу - именно он по слухам стал просить за Жукова.
Второй потому, что для него сейчас Макаров на действующей должности намного важнее - выгоды от абсолютной управляемости депутатов перевешивают риски его министерских амбиций. Да к тому же ещё и неизвестно, кого Силуанов хотел бы больше видеть своим преемником - Макарова или Егорова. Андрей Михайлович совсем недавно публично и громогласно присягнул финансово-экономическому блоку правительства в дискуссии с блоком промышленным, хотя затем ему и пришлось проголосовать за назначение нового вице-премьера. Его уход из думы при нынешних раскладах означал бы непропорциональное ослабление минфина, поскольку преемник Ануфриева не имеет ни аппаратного опыта, ни аппаратного веса - на какое-то время она сможет обеспечить лишь коммуникацию самому Макарову.
При всём этом, Макаров более предпочтителен в качестве главы СП. Если и вести речь о перестановках, то Жукову место в правительстве, особенно в нынешней непростой ситуации. У него уже есть опыт работы вице-премьером, который при непререкаемом профессиональном авторитете, консерватизме и бесконфликтности представляет из себя уникальный ресурс.
Да и с точки зрения налогового нормотворчества переход Андрея Михайловича в новое качество мог бы означать окончание эпохи абсолютного всевластия минфина, непубличности и управляемости парламента.
Хоть помечтать...
Мне кажется, интересанты "интриги" - это либо действующие аудиторы, например Штогрин и Орлова, либо министр Силуанов, либо они вместе.
Первые потому, что прекрасно понимают - сработаться с бывшим коллегой в виде начальника будет непросто. Одно дело, взаимодействовать с ним в качестве исполнителя по парламентскому контролю, и совсем другое - стать объектом его эмоциональных реакций на ежедневной основе. К тому же, мы не знаем, как за эти годы сложились их личные отношения. А для Андрея Михайловича это очень важно, и все это знают. Судя по его нервной реакции на реплику Орловой на последнем завтраке Сбера на ПМЭФ, здесь есть о чём задуматься. Поэтому Светлана Юрьевна и Сергей Иванович очень запросто могли всё доступно объяснить Алексею Леонидовичу - именно он по слухам стал просить за Жукова.
Второй потому, что для него сейчас Макаров на действующей должности намного важнее - выгоды от абсолютной управляемости депутатов перевешивают риски его министерских амбиций. Да к тому же ещё и неизвестно, кого Силуанов хотел бы больше видеть своим преемником - Макарова или Егорова. Андрей Михайлович совсем недавно публично и громогласно присягнул финансово-экономическому блоку правительства в дискуссии с блоком промышленным, хотя затем ему и пришлось проголосовать за назначение нового вице-премьера. Его уход из думы при нынешних раскладах означал бы непропорциональное ослабление минфина, поскольку преемник Ануфриева не имеет ни аппаратного опыта, ни аппаратного веса - на какое-то время она сможет обеспечить лишь коммуникацию самому Макарову.
При всём этом, Макаров более предпочтителен в качестве главы СП. Если и вести речь о перестановках, то Жукову место в правительстве, особенно в нынешней непростой ситуации. У него уже есть опыт работы вице-премьером, который при непререкаемом профессиональном авторитете, консерватизме и бесконфликтности представляет из себя уникальный ресурс.
Да и с точки зрения налогового нормотворчества переход Андрея Михайловича в новое качество мог бы означать окончание эпохи абсолютного всевластия минфина, непубличности и управляемости парламента.
Хоть помечтать...