Зоонозы и животный капитал
Николь Щукин в "Animal Capital" пишет:
Дэвид Ниберт в книге "Animal Oppression and Human Violence" добавляет, что
Современный комплекс промышленного животноводства (animal-industrial complex) порождает зоонозные заболевания (передающиеся от животных человеку), являющиеся результатом стремления к максимизации прибыли. Повышение эффективности, сокращение расходов, ускорение производственных циклов осуществляется за счёт условий, в которых содержатся животные. Поэтому зоонозы — норма и продукт структуры.
Например, маленькие цыплята, погибающие в давке, не замечаются. Их раны гниют, трупы разлагаются — и становятся питательной средой для мутирующих вирусов, которые затем распространяются и выходят за пределы ферм, заражая людей. Эпидемии Эболы, птичьего и свиного гриппа, ящура, коронавируса — результат подобного рода условий, сокращающих дистанцию между человеческими жизнями и животным капиталом.
Промышленное животноводство служит медиатором, через который вирусы получают доступ к человеческому миру. При этом два ключевых свойства — экспансия (колонизация новых территорий через вырубку лесов) и повышение эффективности — неотделимы от самого устройства комплекса как капиталистической машины. Эти свойства не могут быть "отрегулированы", потому что они и есть внутренний двигатель системы.
До тех пор, пока существует промышленное животноводство, будут существовать и эпидемии, так как производство инфекции заложено в его имманентной логике. Это следствие самой цели комплекса: превращения жизней животных в ресурс и товар.
Мне кажется, что через зоонозы животные возвращаются в наш мир в измененном виде, мстя за вытеснение, за эксплуатацию, за уничтожение их сред обитания. Мир, в котором мы жили, оказывается хрупким, потому что построен на одностороннем утилитарном взгляде на животных как на ресурс для человека.
Пока существует комплекс промышленного животноводства, он будет порождать зоонозные заболевания, разрушать экосистемы, подрывать устойчивость мира. Он не подлежит реформированию. Единственное решение — отказ от комплекса промышленного животноводства. Только так мы сможем выйти из круга эпидемий и разрушений, в который сами себя загнали.
Если хотите еще немного узнать о том, что Николь Щукин пишет в своей книге, присоединяйтесь к нашей ридинг-группе "Нечеловеческие животные и техника", которую мы делаем совместно с Garage Digital. Ближайшая встреча — 01.06 в 14:00. Щукин будем обсуждать 29.06. Подать заявку можно здесь.
Николь Щукин в "Animal Capital" пишет:
На заре двадцать первого века «биобезопасность» становится новым модным словом в индустрии рендеринга. Смысл заключается в том, что движение биологического капитала должно быть защищено от патологических агентов, которые угрожают ему извне, тогда как на самом деле патологический агент, представляющий наибольшую угрозу, губчатая энцефалопатия крупного рогатого скота (ГЭКРС), является имманентным продуктом [производства мяса], результатом своих собственных замкнутых циклов. Защита биологического капитала от патологического в конечном итоге является противоречием в терминах, поскольку, , патологическое — это всего лишь другое название природы как имманентной материальности, которая оказывается далеко не пассивной.
Дэвид Ниберт в книге "Animal Oppression and Human Violence" добавляет, что
Одним из последствий одомашнивания (domesecrated) бесчисленного множества других животных стала их повышенная уязвимость к инфекционным заболеваниям. Усиливающаяся тенденция содержания все большего числа одомашненных животных в тесных загонах способствовала мутации и распространению инфекций, способных заражать разные виды; эти болезни затем заражали тех, кто содержал животных, чьи собственные постоянные поселения и растущая плотность населения способствовали передаче инфекций. Действительно, "большинство и, вероятно, все характерные инфекционные заболевания цивилизации передались населению человечества от стад животных". Болезни, которыми люди заразились в результате содержания в неволе и эксплуатации больших групп других животных, включали оспу, туберкулез, корь, инфлюэнцу и малярию.
Современный комплекс промышленного животноводства (animal-industrial complex) порождает зоонозные заболевания (передающиеся от животных человеку), являющиеся результатом стремления к максимизации прибыли. Повышение эффективности, сокращение расходов, ускорение производственных циклов осуществляется за счёт условий, в которых содержатся животные. Поэтому зоонозы — норма и продукт структуры.
Например, маленькие цыплята, погибающие в давке, не замечаются. Их раны гниют, трупы разлагаются — и становятся питательной средой для мутирующих вирусов, которые затем распространяются и выходят за пределы ферм, заражая людей. Эпидемии Эболы, птичьего и свиного гриппа, ящура, коронавируса — результат подобного рода условий, сокращающих дистанцию между человеческими жизнями и животным капиталом.
Промышленное животноводство служит медиатором, через который вирусы получают доступ к человеческому миру. При этом два ключевых свойства — экспансия (колонизация новых территорий через вырубку лесов) и повышение эффективности — неотделимы от самого устройства комплекса как капиталистической машины. Эти свойства не могут быть "отрегулированы", потому что они и есть внутренний двигатель системы.
До тех пор, пока существует промышленное животноводство, будут существовать и эпидемии, так как производство инфекции заложено в его имманентной логике. Это следствие самой цели комплекса: превращения жизней животных в ресурс и товар.
Мне кажется, что через зоонозы животные возвращаются в наш мир в измененном виде, мстя за вытеснение, за эксплуатацию, за уничтожение их сред обитания. Мир, в котором мы жили, оказывается хрупким, потому что построен на одностороннем утилитарном взгляде на животных как на ресурс для человека.
Пока существует комплекс промышленного животноводства, он будет порождать зоонозные заболевания, разрушать экосистемы, подрывать устойчивость мира. Он не подлежит реформированию. Единственное решение — отказ от комплекса промышленного животноводства. Только так мы сможем выйти из круга эпидемий и разрушений, в который сами себя загнали.
Если хотите еще немного узнать о том, что Николь Щукин пишет в своей книге, присоединяйтесь к нашей ридинг-группе "Нечеловеческие животные и техника", которую мы делаем совместно с Garage Digital. Ближайшая встреча — 01.06 в 14:00. Щукин будем обсуждать 29.06. Подать заявку можно здесь.