О животных-компаньонах

Есть в веган-аболиционизме одни тезис, который мне непонятен:

Мы выступаем против одомашнивания и владения животными-компаньонами. Мы считаем, что кошки, собаки и другие одомашненные животные должны перестать существовать как вид — veganim.ru ("Что не так с питомцами?").

В одной из статей Лори Груэн пишет:

Экстинкционистский взгляд распространяется не только на сельскохозяйственных животных, но также и на животных-компаньонов. Гэри Франсион, известный приверженец этой позиции, выступает против взаимоотношений между людьми и животными-компаньонами:

“Такие одомашненные животные, как собаки и кошки, уязвимы и полностью зависят от нас в том, что касается их потребностей. Они проживают свои крайне неестественные жизни, потому что не принадлежат ни к человеческому миру, ни к миру животных. Поэтому, несмотря на то, насколько хорошо мы обращаемся с нашими нечеловеческими компаньонами, институт одомашненных животных как таковой остается морально проблематичным”.

Мне такой взгляд кажется довольно-таки высокомерным в том смысле, что он не признает агентности (agency) других животных и игнорирует также человеческую уязвимость и зависимость. Более того, он считает уязвимость и зависимость проблематичными состояниями. Только находясь в привилегированном положении, можно ошибочно заявлять, что зависимость — это что-то, что можно полностью преодолеть. Мало того, что мы живем в обществе, которое было бы уничтожено, если бы некоторые из нас перестали существовать, другие (человеческие и нечеловеческие существа) также со-определяют, кто мы есть, со-формируют наши собственные идентичности и агентность, наши мысли и желания. Мы не можем жить без других, в том числе без других животных. Мы находимся друг с другом в сложных, запутанных взаимоотношениях, и вместо того, чтобы пытаться совершить невозможное и притворяться, что мы можем распутать их, лучше подумать о том, как стать более восприимчивыми и более отзывчивыми к этим тесным, запутанным взаимоотношениям. Поскольку мы уже находимся в этих неустранимых взаимоотношениях, то вместо того, чтобы прекращать их, мы могли бы попытаться выяснить, как сделать их лучше, обогатить смыслом и сделать гораздо более удовлетворяющими нас всех.

Груэн не пытается оправдать разведение животных. Разведение животных — это насильственная калечащая практика, от которой нужно избавиться.

Однако, упор на то, чтобы вычеркнуть животных-компаньонов из нашей жизни, выглядит нелепо. Во-первых, это следствие того, что веган-аболиционизм пытается развести мир животных и мир людей друг от друга, эксплицитно подразумевая, — любое их взаимодействие приводит только к подчинению первого вторым и превращению первого в собственность второго. Выглядит это очень грубым упрощением: в отношениях людей и животных есть не только насилие и эксплуатация, но радость и удовольствие; два мира никогда не могут быть полностью разведены — мы тоже буквально животные. Попытка отграничивать нас от мира животных, наоборот, усиливает антропоцентризм. Во-вторых, веган-аболиционизм избегает ответственности и производит насилие, но в другой форме: нет животных-компаньонов — нет проблемы. Но это проблема, потому что в этом случае мы также распоряжаемся жизнями других животных, не спрашивая у них того, что они сами хотят.

Мой тейк заключается в том, чтобы перестать разводить животных, обеспечить им большую свободу, чем у них есть сейчас. Естественным образом, в конечном итоге, мне кажется, что все породы вновь перемешаются между собой. И будет нам всем счастье.

Другой не менее странный тезис из той же статьи:

Мы же, в свою очередь, считаем, что никакие законы об ответственном обращении и разведении не защитят животных от насилия.

Почему тогда право не быть чьей-то собственностью со 100% вероятностью будет защищать и вообще работать, если в целом есть скепсис в отношении законов?

Тем временем моя хорошая знакомая и коллежанка пытается найти дом для девяти котят, которые были спасен из подвалов дома под снос. Если вы хотите позаботиться о ком-то из них, напишите ей в комментариях или мне в личку.