Теория права собственности животных
В книге Animal Property Rights: A Theory of Habitat Rights for Wild Animals Джон Хэдли разрабатывает теорию права собственности в отношении диких животных. Дикие животные находятся в постоянной и непосредственной зависимости от природной среды: они заинтересованы в том, чтобы непрерывно использовать природные «товары» (natural «goods»), такие как растительность, водные пути, почву и т.д., для удовлетворения своих базовых потребностей. В отличие от одомашненных животных, они прямо зависят от доступа к этим ресурсам, и именно этот факт выступает нормативной основой приписывания им прав собственности.
Хэдли предлагает рассматривать использование природных благ животными как деятельность, обладающую моральной значимостью. Если определенные блага необходимы для выживания, то интерес в их использовании приобретает такой уровень значимости, который, согласно теории прав, основанной на интересах (interest-based approach), способен порождать права. Постоянное и необходимое использование среды обитания трансформируется в право на нее.
Из этого институционально следует, что, когда землевладелец хочет изменить среду обитания на своей земле, он не может рассматривать ее как полностью свободный ресурс. Он сталкивается с опекуном (guardian), выступающим от имени животных, чтобы обсудить свои цели в отношении управления земельными ресурсами. Появление опекуна логически вытекает из признания животных субъектами права: поскольку сами животные не могут участвовать в правовых процедурах, их интересы должны быть представлены. Опекун действует исключительно в интересах животных.
Сама структура собственности переосмысливается с опорой на экологически чувствительный подход к определению границ собственности: они определяются на основе естественного поведения животных, с учетом территориальных и видоспецифических особенностей. Экологи и научные данные помогают точнее установить эти границы, что позволяет согласовать правовую модель с фактической организацией природных экосистем.
Нормативное обоснование данной теории опирается на оговорку Локка: присвоение ресурсов законно только в том случае, если остается «достаточное количество и не худшего качества» других ресурсов, которыми могут воспользоваться другие. Хэдли включает в число «других» — животных. В таком прочтении оговорка работает как право собственности животных: если деятельность землевладельца ухудшает положение животных, это нарушает ее условия. Следовательно, она накладывает моральный запрет на действия, ведущие к разрушению среды обитания, поскольку такие действия лишают животных возможности удовлетворять свои базовые потребности.
Аргумент от базовых потребностей играет ключевую роль в завершении этой логической конструкции. Хэдли показывает, что животные объективно заинтересованы в использовании природных благ для удовлетворения своих базовых потребностей и нужд своего потомства. Поскольку эти потребности носят фундаментальный характер, их удовлетворение является необходимым условием для ведения любой ценной жизни. Более того, животные обладают «благополучием, основанным на опыте» (experiential welfare): они чувствуют голод или жажду как субъекты, и удовлетворение этих состояний делает их жизнь лучше. Это означает, что их интересы имеют моральное значение.
Хэдли также предлагает говорить о праве собственности не отдельных особей, а групп. Права собственности будут функционировать как ограничения на права человеческого владельца, аналогично сервитутам. Землевладелец при этом сохраняет свои права, но они обременены обязанностью учитывать интересы животных. В случаях, когда интересы человека чрезвычайно важны и требуют изменения среды обитания, животным может быть выплачена «компенсация» в виде восстановления среды в другом месте или создания защищенных зон.
В книге Animal Property Rights: A Theory of Habitat Rights for Wild Animals Джон Хэдли разрабатывает теорию права собственности в отношении диких животных. Дикие животные находятся в постоянной и непосредственной зависимости от природной среды: они заинтересованы в том, чтобы непрерывно использовать природные «товары» (natural «goods»), такие как растительность, водные пути, почву и т.д., для удовлетворения своих базовых потребностей. В отличие от одомашненных животных, они прямо зависят от доступа к этим ресурсам, и именно этот факт выступает нормативной основой приписывания им прав собственности.
Хэдли предлагает рассматривать использование природных благ животными как деятельность, обладающую моральной значимостью. Если определенные блага необходимы для выживания, то интерес в их использовании приобретает такой уровень значимости, который, согласно теории прав, основанной на интересах (interest-based approach), способен порождать права. Постоянное и необходимое использование среды обитания трансформируется в право на нее.
Из этого институционально следует, что, когда землевладелец хочет изменить среду обитания на своей земле, он не может рассматривать ее как полностью свободный ресурс. Он сталкивается с опекуном (guardian), выступающим от имени животных, чтобы обсудить свои цели в отношении управления земельными ресурсами. Появление опекуна логически вытекает из признания животных субъектами права: поскольку сами животные не могут участвовать в правовых процедурах, их интересы должны быть представлены. Опекун действует исключительно в интересах животных.
Сама структура собственности переосмысливается с опорой на экологически чувствительный подход к определению границ собственности: они определяются на основе естественного поведения животных, с учетом территориальных и видоспецифических особенностей. Экологи и научные данные помогают точнее установить эти границы, что позволяет согласовать правовую модель с фактической организацией природных экосистем.
Нормативное обоснование данной теории опирается на оговорку Локка: присвоение ресурсов законно только в том случае, если остается «достаточное количество и не худшего качества» других ресурсов, которыми могут воспользоваться другие. Хэдли включает в число «других» — животных. В таком прочтении оговорка работает как право собственности животных: если деятельность землевладельца ухудшает положение животных, это нарушает ее условия. Следовательно, она накладывает моральный запрет на действия, ведущие к разрушению среды обитания, поскольку такие действия лишают животных возможности удовлетворять свои базовые потребности.
Аргумент от базовых потребностей играет ключевую роль в завершении этой логической конструкции. Хэдли показывает, что животные объективно заинтересованы в использовании природных благ для удовлетворения своих базовых потребностей и нужд своего потомства. Поскольку эти потребности носят фундаментальный характер, их удовлетворение является необходимым условием для ведения любой ценной жизни. Более того, животные обладают «благополучием, основанным на опыте» (experiential welfare): они чувствуют голод или жажду как субъекты, и удовлетворение этих состояний делает их жизнь лучше. Это означает, что их интересы имеют моральное значение.
Хэдли также предлагает говорить о праве собственности не отдельных особей, а групп. Права собственности будут функционировать как ограничения на права человеческого владельца, аналогично сервитутам. Землевладелец при этом сохраняет свои права, но они обременены обязанностью учитывать интересы животных. В случаях, когда интересы человека чрезвычайно важны и требуют изменения среды обитания, животным может быть выплачена «компенсация» в виде восстановления среды в другом месте или создания защищенных зон.