🤔 Замедлим ИИ: забота о безопасности или сговор?
Компании, которые годами бьются за каждый процент рынка ИИ, вдруг заговорили о том, чтобы вместе сбавить скорость. 12 сентября глава Anthropic Дарио Амодеи призвал ведущих разработчиков согласованно замедлить развитие моделей: по его словам, прогресс ускорился настолько, что может опередить способность людей его контролировать.
📍Понимая антимонопольные риски, Амодеи попросил у государства «узкое изъятие». Главы конкурентов — Сэм Альтман (OpenAI), Илон Маск (xAI) и Демис Хассабис (Google DeepMind) — идею поддержали. OpenAI заявила, что начнет работу с конкурентами по замедлению моделей, не дожидаясь установления исключений из антимонопольного законодательства.
✋ Против выступил глава NVIDIA Дженсен Хуанг, назвавший новые законы и изъятия «совершенно ненужными»; не поддержали идею и в Конгрессе. Через неделю спор дошел до суда.
📃 Иск, поданный от лица нескольких пользователей, отмечает, что каждая из компаний способна самостоятельно обеспечивать безопасность своих моделей; безопасность и уровень развития моделей должны определяться в конкуренции или решением Конгресса, но не сговором прямых конкурентов.
🔺 Соглашение основных ИИ-компаний ограничивает главный параметр их конкуренции – быстроту и качество улучшения моделей. Из-за высокой взаимозаменяемости продуктов OpenAI, Anthropic, X и Google соглашение ограничивает альтернативы для пользователей – в случае коллективного ограничения моделей пользователи не смогут перейти на модели конкурентов и потеряют в качестве.
🔺 Важно, что сами ИИ-компании прямо заявляли о том, что автономное замедление модели будет «коммерчески невыгодно» для компаний, это имеет смысл лишь в случае коллективных действий со стороны всех конкурентов. При этом, как отмечают истцы, в таком соглашении сложно выявить проконкурентный эффект (efficiency), который мог бы частично оправдать ограничение конкуренции. Вернее, такое ограничение стало бы менее спорным с точки зрения антимонопольного регулирования, будь оно принято Конгрессом, а не соглашением прямых конкурентов.
💢 Как указывают эксперты Антимонопольного центра БРИКС Дарья Котова и Екатерина Ерофеева, у спора есть исторические параллели: США поддержали консорциум производителей микросхем SEMATECH в гонке с Японией (правда, чтобы ускориться), а Еврокомиссия позволила производителям стиральных машин вместе отказаться от неэкономичных моделей ради снижения выбросов. В обоих случаях рамки кооперации задавало государство.
➡️ У регуляторов в ЕС есть правовые рамки для признания законными соглашений, ограничивающих конкуренцию в целях устойчивого развития. При этом подобные исключения активно критикуются за их картельные риски и неэффективность, а в США подобных исключений и опыта у регуляторов и вовсе нет.
🔺Однако аргумент истцов о том, что каждая ИИ-компания способна в рамках собственного производства обеспечить безопасность модели, может столкнуться с последними мировыми тенденциями: например, довод о том, что устойчивое развитие невозможно без кооперации конкурентов, стал основой для антимонопольных изъятий в области «зеленой политики» в ЕС.
🔺 При этом стратегический характер и скорость развития ИИ-сектора разительно отличаются от производства более чистой энергии или техники. Поэтому интересами конкуренции могут в который раз пожертвовать ради промышленной политики, особенно в свете ИИ-гонки с Китаем.
☝️ В суде довод о безопасности вряд ли станет решающим, полагают эксперты. Еще в 1978 году Верховный суд США постановил, что ограничение конкуренции нельзя оправдать опасностью самой конкуренции. При этом важно, как компании видят процесс замедления – через создание единых индустриальных стандартов или через простое соглашение о том, что каждая компания самостоятельно замедляет свою модель. Во втором случае антимонопольные риски гораздо более очевидны.
Судьбу «замедления», скорее всего, определит не столько суд, сколько дизайн этого «замедления» и готовность государства самостоятельно принять решение в интересах общества и безопасности.
Компании, которые годами бьются за каждый процент рынка ИИ, вдруг заговорили о том, чтобы вместе сбавить скорость. 12 сентября глава Anthropic Дарио Амодеи призвал ведущих разработчиков согласованно замедлить развитие моделей: по его словам, прогресс ускорился настолько, что может опередить способность людей его контролировать.
📍Понимая антимонопольные риски, Амодеи попросил у государства «узкое изъятие». Главы конкурентов — Сэм Альтман (OpenAI), Илон Маск (xAI) и Демис Хассабис (Google DeepMind) — идею поддержали. OpenAI заявила, что начнет работу с конкурентами по замедлению моделей, не дожидаясь установления исключений из антимонопольного законодательства.
✋ Против выступил глава NVIDIA Дженсен Хуанг, назвавший новые законы и изъятия «совершенно ненужными»; не поддержали идею и в Конгрессе. Через неделю спор дошел до суда.
📃 Иск, поданный от лица нескольких пользователей, отмечает, что каждая из компаний способна самостоятельно обеспечивать безопасность своих моделей; безопасность и уровень развития моделей должны определяться в конкуренции или решением Конгресса, но не сговором прямых конкурентов.
🔺 Соглашение основных ИИ-компаний ограничивает главный параметр их конкуренции – быстроту и качество улучшения моделей. Из-за высокой взаимозаменяемости продуктов OpenAI, Anthropic, X и Google соглашение ограничивает альтернативы для пользователей – в случае коллективного ограничения моделей пользователи не смогут перейти на модели конкурентов и потеряют в качестве.
🔺 Важно, что сами ИИ-компании прямо заявляли о том, что автономное замедление модели будет «коммерчески невыгодно» для компаний, это имеет смысл лишь в случае коллективных действий со стороны всех конкурентов. При этом, как отмечают истцы, в таком соглашении сложно выявить проконкурентный эффект (efficiency), который мог бы частично оправдать ограничение конкуренции. Вернее, такое ограничение стало бы менее спорным с точки зрения антимонопольного регулирования, будь оно принято Конгрессом, а не соглашением прямых конкурентов.
💢 Как указывают эксперты Антимонопольного центра БРИКС Дарья Котова и Екатерина Ерофеева, у спора есть исторические параллели: США поддержали консорциум производителей микросхем SEMATECH в гонке с Японией (правда, чтобы ускориться), а Еврокомиссия позволила производителям стиральных машин вместе отказаться от неэкономичных моделей ради снижения выбросов. В обоих случаях рамки кооперации задавало государство.
➡️ У регуляторов в ЕС есть правовые рамки для признания законными соглашений, ограничивающих конкуренцию в целях устойчивого развития. При этом подобные исключения активно критикуются за их картельные риски и неэффективность, а в США подобных исключений и опыта у регуляторов и вовсе нет.
🔺Однако аргумент истцов о том, что каждая ИИ-компания способна в рамках собственного производства обеспечить безопасность модели, может столкнуться с последними мировыми тенденциями: например, довод о том, что устойчивое развитие невозможно без кооперации конкурентов, стал основой для антимонопольных изъятий в области «зеленой политики» в ЕС.
🔺 При этом стратегический характер и скорость развития ИИ-сектора разительно отличаются от производства более чистой энергии или техники. Поэтому интересами конкуренции могут в который раз пожертвовать ради промышленной политики, особенно в свете ИИ-гонки с Китаем.
☝️ В суде довод о безопасности вряд ли станет решающим, полагают эксперты. Еще в 1978 году Верховный суд США постановил, что ограничение конкуренции нельзя оправдать опасностью самой конкуренции. При этом важно, как компании видят процесс замедления – через создание единых индустриальных стандартов или через простое соглашение о том, что каждая компания самостоятельно замедляет свою модель. Во втором случае антимонопольные риски гораздо более очевидны.
Судьбу «замедления», скорее всего, определит не столько суд, сколько дизайн этого «замедления» и готовность государства самостоятельно принять решение в интересах общества и безопасности.