Каспер восхищён и заинтригован: в одном некогда элитном доме, широко известном в узких кругах, старая гвардия смыкает ряды и точит топоры.
Интрига в том, насколько стара эта гвардия. Нет, это не подзабытый на «Баварии» Битаров и даже не запылившийся в Совете Федерации Мамсуров. Это великий и ужасный Дед — 90-летний Александр Сергеевич Дзасохов, который в здравом уме и твёрдой памяти вернулся из Москвы домой вершить геополитику, рулить международными отношениями и решать частные вопросы.
Закрытую с 2004 года дорогу на родину ему открыл Меняйло — адмирал настолько безбашенный, что не стал, как все его предшественники, опасаться, что Дзасохов оставит клеймо на его репутации, навлечёт на него ненависть людей и просто окажется дурной приметой. Таковым он для Меняйло и стал. Присутствие последнего в республике сейчас мешает удовлетворить свои амбиции реваншистам трёх поколений, которых умело консолидировал Александр Сергеевич,.
Да-да, Каспер утверждает, что битаровцы, мамсуровцы и прочие тускаевцы сплотились вокруг Деда, который назначает аудиенции и обещает каждому исполнение желаний, чтобы получить утраченную ими власть. Возможно, многочисленные визитёры Дзасохова и не знают, что все они уже в одной лодке. Но то, что все стремящиеся к реваншу замечены на улице Карла Маркса и на близлежащей набережной в компании нового-старого владикавказского решалы, — факт.
Каспер наслаждается этой прощальной гастролью старого партийного бонзы, который в лучших традициях жанра жалит того единственного, кто протянул ему руку помощи, — Меняйло. Пока непонятно, в чьих интересах плетёт интриги Дед. В любом случае Каспер вангует, что этот злопамятный член Политбюро 2.0 кинет всех, кто ждёт от него чудес — начиная с избавления от уголовного преследования и заканчивая назначениями разного уровня.
Обещает Дед щедро, а вот может ли он и хочет ли выполнять обещанное, покажет ближайшее будущее. Но Каспер уверен, что все эти люди на этом «Титанике» собрались неслучайно: Дзасохов умело дёргает за ниточки обиженных на Меняйло.
Но главная партия в этом Марлезонском балете — не у Меняйло и не у Дзасохова. Скоро первое сентября, и во дворе бесланской школы без единого слова станет видно, кому позволено там находиться.
Поэтому Каспер передаёт всем завсегдатаям дома на Карла Маркса привет: вы можете считать свои встречи закрытыми, но закрытых дверей давно не существует. Маршруты заметны, компании считываются, а обещания пересказываются быстрее, чем Дед успевает назначать новые аудиенции.
В одной лодке вы оказались раньше, чем успели договориться, кто будет капитаном. Поэтому, прежде чем продолжать точить топоры, проверьте: не рубите ли вы ими палубу под собственными ногами.
А Александру Сергеевичу хочется пожелать проверить новых-старых подопечных на вшивость и посмотреть, встанет ли кто-то из них рядом в Бесланские дни, чтобы он все-таки мог войти в первую школу. Лучше поздно, чем никогда.
Интрига в том, насколько стара эта гвардия. Нет, это не подзабытый на «Баварии» Битаров и даже не запылившийся в Совете Федерации Мамсуров. Это великий и ужасный Дед — 90-летний Александр Сергеевич Дзасохов, который в здравом уме и твёрдой памяти вернулся из Москвы домой вершить геополитику, рулить международными отношениями и решать частные вопросы.
Закрытую с 2004 года дорогу на родину ему открыл Меняйло — адмирал настолько безбашенный, что не стал, как все его предшественники, опасаться, что Дзасохов оставит клеймо на его репутации, навлечёт на него ненависть людей и просто окажется дурной приметой. Таковым он для Меняйло и стал. Присутствие последнего в республике сейчас мешает удовлетворить свои амбиции реваншистам трёх поколений, которых умело консолидировал Александр Сергеевич,.
Да-да, Каспер утверждает, что битаровцы, мамсуровцы и прочие тускаевцы сплотились вокруг Деда, который назначает аудиенции и обещает каждому исполнение желаний, чтобы получить утраченную ими власть. Возможно, многочисленные визитёры Дзасохова и не знают, что все они уже в одной лодке. Но то, что все стремящиеся к реваншу замечены на улице Карла Маркса и на близлежащей набережной в компании нового-старого владикавказского решалы, — факт.
Каспер наслаждается этой прощальной гастролью старого партийного бонзы, который в лучших традициях жанра жалит того единственного, кто протянул ему руку помощи, — Меняйло. Пока непонятно, в чьих интересах плетёт интриги Дед. В любом случае Каспер вангует, что этот злопамятный член Политбюро 2.0 кинет всех, кто ждёт от него чудес — начиная с избавления от уголовного преследования и заканчивая назначениями разного уровня.
Обещает Дед щедро, а вот может ли он и хочет ли выполнять обещанное, покажет ближайшее будущее. Но Каспер уверен, что все эти люди на этом «Титанике» собрались неслучайно: Дзасохов умело дёргает за ниточки обиженных на Меняйло.
Но главная партия в этом Марлезонском балете — не у Меняйло и не у Дзасохова. Скоро первое сентября, и во дворе бесланской школы без единого слова станет видно, кому позволено там находиться.
Поэтому Каспер передаёт всем завсегдатаям дома на Карла Маркса привет: вы можете считать свои встречи закрытыми, но закрытых дверей давно не существует. Маршруты заметны, компании считываются, а обещания пересказываются быстрее, чем Дед успевает назначать новые аудиенции.
В одной лодке вы оказались раньше, чем успели договориться, кто будет капитаном. Поэтому, прежде чем продолжать точить топоры, проверьте: не рубите ли вы ими палубу под собственными ногами.
А Александру Сергеевичу хочется пожелать проверить новых-старых подопечных на вшивость и посмотреть, встанет ли кто-то из них рядом в Бесланские дни, чтобы он все-таки мог войти в первую школу. Лучше поздно, чем никогда.