Нарушения на сумму почти 110 миллионов при строительстве оборонительных сооружений выявлены в Белгородской области во время внутренних проверок, сообщил губернатор Вячеслав Гладков. Ранее он потребовал от подчиненных усилить финансовую дисциплину и пообещал передавать всю информацию о выявленных нарушениях силовикам. Директор по политическому анализу ИНСОМАР Виктор Потуремский в интервью «Клубу Регионов» анализирует управленческие решения Гладкова и их соответствие требованиям общества и президента.
– Насколько правильный с точки зрения госуправления такой жесткий подход Гладкова к оценке работы подчиненных?
– С точки зрения госуправления это эффективно. Подобная работа ведется там не только в Белгородской области, но и в других регионах, тем более, в тех, где есть некие вызовы, где экстремальная ситуация. Ну и требование о нулевой толерантности к коррупции, к эффективности власти – это сейчас общая установка для власти.
– Пример Курской области показал, что чиновники любого уровня легко соблазняются тем, чтобы погреть руки в такой непростой ситуации.
– К сожалению, это так. Но как социолог могу сказать, что для жителей такое является недопустимым. Когда в таких ситуациях, как в Курской области, чиновники пытаются преследовать свои интересы, это вызывает у людей праведный гнев и справедливые претензии, если возникают чрезвычайные ситуации: почему [власти] их не предусмотрели, не смогли справиться, почему что-то пошло не так? В этом смысле, расследовать [деятельность чиновников] и публиковать информацию об этом – это часть ответственности власти в рамках общественного договора.
– Гладков не прекращает чистку рядов. Здесь можно перегнуть палку?
– Что может губернатор? Он может ставить задачи и требовать их выполнения. Жесткое требование к выполнения всех требований, к выстраиванию вертикали власти является безусловным. Но если действия чиновников оказываются за пределами нормативного поля, то это уже не ответственность губернатора, а работа силовых органов, которые действуют самостоятельно и зачастую параллельно. Кейсы Гладкова, Хинштейна в Курской области показывают, что губернаторы зачастую могут выступать инициаторами подобных расследований и привлекать внимание силовиков. И, как правило, это более чем обосновано.
– Гладков еще и собственную команду в прошлом году усилил экс-прокурором Лоренцом, теперь он замгубернатора. Это кадровое решение актуально лишь в непростой период для региона, когда финансовая дисциплина особенно важна?
– Я бы не обсуждал такое кадровое решение как тренд. Я бы обсуждал этот как ресурс. Гладков работает в условиях непрерывной экстремальной ситуации, которая продолжается уже не один год. Усилить команду, сделать так, чтобы внутри нее появилась ещё вот такая зона компетенции, это говорит об ответственности и компетентности самого Гладкова. Как мы видим, это дает результат.
– Суровое отношение губернатора к подчиненным может создать проблемы с привлечением новых кадров? Профессионалы, даже не обязательно склонные к коррупции, могут испугаться повышенного спроса.
– Как показывает практика, у нас начинает формироваться не просто новый типаж государственного и муниципального служащего, но и новые стратегии и представления о карьере. Раньше такие люди могли просто занимать кресло или идти на госслужбу для удовлетворения профессиональных амбиций, но это уже не работает без понятия «служение», о котором постоянно говорит Владимир Путин. Сейчас от чиновников требуется высокий уровень самоотдачи, социальной компетентности – это вообще другой уровень ответственности. Госслужащий перестает быть привилегированной кастой, отделенной от людей служебным автомобилем и проходной – он становится управленцем в интересах людей.
– Насколько правильный с точки зрения госуправления такой жесткий подход Гладкова к оценке работы подчиненных?
– С точки зрения госуправления это эффективно. Подобная работа ведется там не только в Белгородской области, но и в других регионах, тем более, в тех, где есть некие вызовы, где экстремальная ситуация. Ну и требование о нулевой толерантности к коррупции, к эффективности власти – это сейчас общая установка для власти.
– Пример Курской области показал, что чиновники любого уровня легко соблазняются тем, чтобы погреть руки в такой непростой ситуации.
– К сожалению, это так. Но как социолог могу сказать, что для жителей такое является недопустимым. Когда в таких ситуациях, как в Курской области, чиновники пытаются преследовать свои интересы, это вызывает у людей праведный гнев и справедливые претензии, если возникают чрезвычайные ситуации: почему [власти] их не предусмотрели, не смогли справиться, почему что-то пошло не так? В этом смысле, расследовать [деятельность чиновников] и публиковать информацию об этом – это часть ответственности власти в рамках общественного договора.
– Гладков не прекращает чистку рядов. Здесь можно перегнуть палку?
– Что может губернатор? Он может ставить задачи и требовать их выполнения. Жесткое требование к выполнения всех требований, к выстраиванию вертикали власти является безусловным. Но если действия чиновников оказываются за пределами нормативного поля, то это уже не ответственность губернатора, а работа силовых органов, которые действуют самостоятельно и зачастую параллельно. Кейсы Гладкова, Хинштейна в Курской области показывают, что губернаторы зачастую могут выступать инициаторами подобных расследований и привлекать внимание силовиков. И, как правило, это более чем обосновано.
– Гладков еще и собственную команду в прошлом году усилил экс-прокурором Лоренцом, теперь он замгубернатора. Это кадровое решение актуально лишь в непростой период для региона, когда финансовая дисциплина особенно важна?
– Я бы не обсуждал такое кадровое решение как тренд. Я бы обсуждал этот как ресурс. Гладков работает в условиях непрерывной экстремальной ситуации, которая продолжается уже не один год. Усилить команду, сделать так, чтобы внутри нее появилась ещё вот такая зона компетенции, это говорит об ответственности и компетентности самого Гладкова. Как мы видим, это дает результат.
– Суровое отношение губернатора к подчиненным может создать проблемы с привлечением новых кадров? Профессионалы, даже не обязательно склонные к коррупции, могут испугаться повышенного спроса.
– Как показывает практика, у нас начинает формироваться не просто новый типаж государственного и муниципального служащего, но и новые стратегии и представления о карьере. Раньше такие люди могли просто занимать кресло или идти на госслужбу для удовлетворения профессиональных амбиций, но это уже не работает без понятия «служение», о котором постоянно говорит Владимир Путин. Сейчас от чиновников требуется высокий уровень самоотдачи, социальной компетентности – это вообще другой уровень ответственности. Госслужащий перестает быть привилегированной кастой, отделенной от людей служебным автомобилем и проходной – он становится управленцем в интересах людей.