сегодня переводила очную ставку между израильтянином и иностранной сиделкой его пожилой матери. в целом я не очень люблю переводить с английского на иврит и обратно, ещё меньше - когда язык одной из сторон этой стороне сильно неродной, но в некоторых случаях минус на минус даёт плюс, я справилась. следователь сказала, что я нужна только для того, чтобы задавать вопросы, ответы она сама понимает, но мне удалось выудить ещё пару важных деталей - например, потерпевшая не рассказала об эпизоде, когда её хватали за запастья, потому что не знала, как это сказать, и просто показала это на мне, а на офицере полиции за полчаса до ставки, естественно, не отважилась.
случай в целом несложен, подозреваемый повадился поколачивать сиделку и воровать у неё по мелочи, она же ужасно боялась его и просто пряталась, пока он не пришёл бить её у неё в комнате - тогда она отбилась от него палкой, а он отобрал у неё мобильник.
она всё время плакала от страха в его присутствии, но просила не сажать в тюрьму, потому что он не преступник, а душевнобольной. сёстры подозреваемого довели это дело до полиции сами, потому что каждый раз, стоило матери привыкнуть к сиделке, он устраивал безобразие и приходилось искать новую. следователь на это сказала, что сиделки сиделками, но он ведь может напасть и на мать. "как же вы о матери не подумали!", и действительно.