Скажите пожалуйста, а куда, собственно, делась кавалер ордена Звезды Италии, командор Мальтийского ордена, кавалер, Ордена Франциска Скорины (да-да, того самого, от которого Спиваков отказался), лауреат, заметьте, премии «Честь и достоинство профессии»?
Зельфира Исмаиловна Трегулова, директор Третьяковской галереи - она вообще где?
Последний раз ее видели в компании Шнура?
А, нет, Хабенского! Как раз в той самой «Новой Третьяковке».
Пять лет сидит человек на должности. А не научился ни извиняться, ни брать на себя ответственность хоть за что-нибудь!
После порванного Репина и украденного Куинджи мы уже поняли, что извинений, покаяний, раскаяния или чего-то хоть мало-мальски подходящего под определение «Честь и достоинство профессии» мы не дождёмся. Никогда.
Но может быть, хоть просто – комментарий?
У нас очень много вопросов.
Это ведь та самая «Третьяковка», которая из своего собрания паршивого плаката не даст на выставку в помещение, где нет «температурно-влажностного режима» и «музейных условий экспонирования» сейчас делает вид, что ничего не случилось?
Интересно, сколько искусствоведов, коллекционеров, любителей вчера поймало инфаркт от мокрого Кандинского? Им ничего пояснить не надо?
А сказать «простите» посетителям, которых вчера выгнали из залов на улицу, где хлестал такой же адский ливень как внутри не позволяет киргизско-татарская байская спесь?
Они люди второго сорта? Ах ну да – им же в Третьяковке даже разговаривать нельзя. И детей кормить грудью – мы помним.
Даже вот это всё «у нас была протечка, но не потому что мы ремонтировали кровлю, а потому что у нас старая ливнёвка» выходит озвучивать дочка Ольги Голодец.
Потому что Трегуловой – не подобает. Не байское это дело.
Ну ОК. Поняли. Нам правда казалось, что при месячной зарплате в 800 тысяч можно брать на себя чуточку больше ответственности.
Вы нам просто скажите, что еще должно случиться в Третьяковке, чтобы этот «эффективный менеджер» оттуда вылетел?
Кража – была. Вандализм – был. Потоп – случился. Даже Гельман со Шнуром.
Ждёте пожара?
Зельфира Исмаиловна Трегулова, директор Третьяковской галереи - она вообще где?
Последний раз ее видели в компании Шнура?
А, нет, Хабенского! Как раз в той самой «Новой Третьяковке».
Пять лет сидит человек на должности. А не научился ни извиняться, ни брать на себя ответственность хоть за что-нибудь!
После порванного Репина и украденного Куинджи мы уже поняли, что извинений, покаяний, раскаяния или чего-то хоть мало-мальски подходящего под определение «Честь и достоинство профессии» мы не дождёмся. Никогда.
Но может быть, хоть просто – комментарий?
У нас очень много вопросов.
Это ведь та самая «Третьяковка», которая из своего собрания паршивого плаката не даст на выставку в помещение, где нет «температурно-влажностного режима» и «музейных условий экспонирования» сейчас делает вид, что ничего не случилось?
Интересно, сколько искусствоведов, коллекционеров, любителей вчера поймало инфаркт от мокрого Кандинского? Им ничего пояснить не надо?
А сказать «простите» посетителям, которых вчера выгнали из залов на улицу, где хлестал такой же адский ливень как внутри не позволяет киргизско-татарская байская спесь?
Они люди второго сорта? Ах ну да – им же в Третьяковке даже разговаривать нельзя. И детей кормить грудью – мы помним.
Даже вот это всё «у нас была протечка, но не потому что мы ремонтировали кровлю, а потому что у нас старая ливнёвка» выходит озвучивать дочка Ольги Голодец.
Потому что Трегуловой – не подобает. Не байское это дело.
Ну ОК. Поняли. Нам правда казалось, что при месячной зарплате в 800 тысяч можно брать на себя чуточку больше ответственности.
Вы нам просто скажите, что еще должно случиться в Третьяковке, чтобы этот «эффективный менеджер» оттуда вылетел?
Кража – была. Вандализм – был. Потоп – случился. Даже Гельман со Шнуром.
Ждёте пожара?