Винишко под книжку 📚🍷

Сегодня этому каналу три года, мы с вами достигли детсадовского возраста, с чем я нас и поздравляю.

В прошлом году в этот день я загадывала желание, чтобы мой подопечный – кот Вася – нашел дом. Оно не сбылось, Вася весь год прожил на платной передержке.

В этом году я буду более прагматичной и попрошу помощи, потому что в чудеса нынче не верится.

1. Я ищу Васе новую передержку (без других кошачьих) в Москве. С меня корм, наполнитель, какая-то небольшая ежемесячная сумма «хранителю кота» (на конфетки и кофеёк).

2. Вы можете помочь оплатить ещё 1 месяц текущей передержки, потому что я её уже никак не тяну, увы. Сбор тут. Сумма сбора ежемесячная, да. В Москве жить дорого даже котам.

Ну и конечно, вы можете забрать Васю себе в семью, это офигенный кот, по всем вопросам пишите мне в личку @sasha_prokhorova

Такой вот День Рождения, грустный праздник, ещё и на понедельник приходится.

Актуальное чтение 😅

#винишкоподкнижку в августе: ловим остатки лета со свежими вкусами

В Томске удалось несколько раз удачно пригубить белого (что поделать – куда ни приду, везде нальют, такая, видимо, у меня репутация). Несу вам белые вина, которые отлично подходят, чтобы ухватить остатки лета и в благостном расположении духа мягко войти в золотую осень (как красиво пишу сегодня, отпуск явно пошел мне на пользу, ведь за две недели я не прочла ни строчки).

Tocornal Chardonnay 2024, белое сухое, Чили – молодое вино с золотистыми бликами, так красиво смотрится в бокале – глаз кайфует. Вкусовые сосочки тоже кайфуют от легкости, свежести и как будто даже ванильных нот.

Prioritário Branco, белое сухое, Португалия, Виньо Верде – классическое молодое вино с едва заметной игристостью: цитрус, зелёное яблоко, немного полевых цветов. Максимально легкое – всего 9,5 градусов, хоть каждый день пей (но помните, что алкоголь вредит вашему здоровью).

Makutu Bay Sauvignon Blanc, белое сухое, Новая Зеландия – есть вина, которые узнаешь из тысячи, если однажды попробуешь, и это как раз такое. Яркий и насыщенный вкус, немножко отдает крыжовником и каким-то секретным ингредиентом, я попробовала и сразу сказала ВАААААУ. Любопытный факт: слово «makutu» на языке маори означает «колдовство, чары, магия, наводить порчу», и это вино я действительно могу назвать волшебным зельем – в хорошем смысле.

Weinzunft Riesling Rheingau Trocken 2024, белое сухое, Германия – еще один добротный рислинг в моей коллекции.

Pinot Grigio Lazio «Universale», белое сухое, Италия – признаюсь, я уже редко какое вино могу выпить бутылку за раз и не свалиться в канаву (все-таки возраст), но пино гриджо все еще могу! И это отличный представитель пиногриджевых, с которым хорошо на природе при погоде и дома на кухне.

В моём родном Томске, куда я приехала предъявлять свежеиспеченного внука бабушкам и дедушкам, отреставрировали Второвский пассаж – историческое здание в стиле модерн, построенное в начале XX века.

Сколько себя помню, там проводили ярмарки-распродажи норковых шуб, а теперь природа очистилась это великолепное пространство, где есть книжный магазин.

Страх как норма жизни: «Плод пьяного дерева», Ингрид Рохас Контрерас

На сей раз литературные путешествия по авторам из разных стран занесли меня в Колумбию – к дебютному роману колумбийско-американской писательницы Ингрид Рохас Контрерас.

Богота, конец 80-х — начало 90-х, в стране полный раздрай: правительство едва ли что-то контролирует, партизанские группировки похищают людей, о Пабло Эскобаре говорят из каждого утюга, в городах гремят взрывы, а расслоение общества достигло своего пика.

Маленькая Чула живет в хорошем охраняемом районе в полной семье: со старшей сестрой, мамой и папой. Отец работает на нефтяную компанию и часто отсутствует, зато их дом – полная чаша и одновременно женское царство во главе с матерью, которую соседи за глаза называют ведьмой.

В дом берут прислугу, тринадцатилетнюю Петрону. Она живёт в инвасьоне – квартале, захваченном нищими и бездомными, где базовое жилье – это лачуги, сколоченные из старых дверей и того, что под руку попалось.

Жизнь Петроны – полная противоположность жизни Чулы. Внутри семьи опоры для неё не существует: она старшая из тех детей, кто может работать и ещё не покинул дом, поэтому тянет всех на себе, никто её не защищает и не жалеет. В её квартале партизаны – единственная сила, а Пабло Эскобар – уважаемый человек, у неё нет денег и никого, к кому можно пойти за помощью. Из этого и вытекают все дальнейшие события: Петрона – хорошая девушка, но у неё фактически нет иного пути, кроме как связаться с партизанами, которые видят отличную возможность в том, что она прислуживает в богатом доме.

Повествование здесь двухголосое – Чула и Петрона рассказывают истории своего украденного детства, но внутренний мир Чулы раскрыт глубже. Вероятно потому, что её оптика более близка самой писательнице, так как она использовала события из собственной жизни в основе романа – в её семье тоже работала юная девочка из бедного квартала.

Книга меня сильно тронула. Возможно, частично сработал эффект новизны – про Колумбию я до этого не читала вообще ничего. Кубинская, мексиканская и чилийская литература, которая мне попадалась, оставляла ощущение поверхностного повествования. Здесь же язык простой, но есть глубина и психологизм: детские травмы Чулы и её переживания как на ладони, но при этом максимально логичны с учетом обстоятельств, и вместе с Петроной они кажутся реальными людьми, а не книжными героинями.

Как обычно, после книги я пошла гуглить, что происходит в Колумбии сегодня. Убийств и терактов стало меньше, чем в 90-е, но в прошлом году застрелили кандидата в президенты – в романе описан такой же эпизод (и он реален), детей всё ещё вербуют в радикальные группировки, а десятки тысяч людей вынуждены бросать свои дома, чтобы не оказаться в эпицентре массовых убийств.

Пьяное дерево – бругмансия – растет возле дома Чулы, из его семян добывают скополамин, он же бурунданга, он же «дыхание дьявола», и в Колумбии этим десятилетиями пользовались для грабежей: человек остаётся на ногах, делает всё, о чём попросят, а потом ничего не помнит. В романе пьяное дерево непосредственно участвует в нескольких эпизодах, но в целом идею одурманивания можно воспринимать как метафору – люди годами живут под действием бурунданги, с подавленной волей и ничему не сопротивляясь.

Каких-то позитивных выводов у меня для вас сегодня нет, извините, но книга хорошая, в конце есть какая-никакая надежда и воля к жизни, рекомендую.