Давным-давно, когда мир был ещё молод, а небо и земля говорили на одном языке, родились две сестры — две дивные птицы с лицами прекрасных дев. Одна появилась из глубины тёмных вод, другая из первого рассветного луча. И назвали их Сирин и Алконост.

Сирин выросла в сумрачном лесу, в окружении немногочисленной хвои, грибов и ягод. Перья её были тёмными, как ночь, но по краям светились серебром, словно лунная дорожка на воде. Но не смотря на завораживающий вид, Сирин на три четверти состоит из слёз. Сладким голосом пела она свои песни, людей гипнотизируя так,
что вены на висках пульсируют в такт. Само собой, как ни пой или ни свисти, её мотив не удаётся воспроизвести.

Алконост росла в дивном саду, где яблони цветут круглый год, ежедневно встречая золотой рассвет, ведь как так может быть — он придёт, а никого нет?
Перья ее белы, как первый снег, а крылья отливают золотом утренней зари. Её песнь дарила людям надежду, напоминая, что любой конец — это хорошее начало. Она знает: всё совершенно несовершенно. Гармония появляется и пропадает, как молния. Но Алконост не ищет идеала — она видит чудо наяву в простом: прилечь у воды, уставиться на небеса, понюхать цветок, погладить пса.

Говорят, если человек слышит обе песни разом — и тёмную, и светлую, можно понять: они поют не порознь, а вместе. Одну песню — о жизни, о смерти и о том, что между ними.
Песню о выборе, который есть у каждого.