У «Гвоздик» накипело, или заявление.
Так как в апреле обычно проводят День молчания (акция, посвящённая проблемам замалчивания дискриминации, преступлений на почве ненависти и негативного отношения по признаку сексуальной ориентации и гендерной идентичности и тд), то хотим вот что сказать.
Пару недель назад УНИАН опубликовал документы погибшего во время спецоперации российского солдата, присовокупив к ним его романтические фотографии с другим молодым человеком. Сделано это было в какой-то вывернутой на изнанку логике аутинга, которая сама по себе довольно отвратительная практика, кем бы не применялась. Проецированиt чувства стыда.
Но давайте не будем забывать, что гомосексуалы — как и все прочие россияне сейчас воюют и умирают. И стоило бы сделать так, чтобы все аутинги противников не имели никакого смысла — чтобы каждый из них, их партнеров и членов их семей знал, что такие фотографии они могут совершенно свободно публиковать где угодно. И никто их за это не осудит. Да и семьям погибших стоило бы оформлять от государства все выплаты, если такие положены. Вне зависимости от гендера погибшего члена семьи.
И тут нам нужно помнить: одной из своих целей немецкий нацизм ставил преследование и уничтожение гомосексуалов. Их отправляли в концлагеря, на них проводили медицинские эксперименты, а в мае 1933, почти сразу после прихода НСДАП к власти в Германии, нацистские активисты разграбили и сожгли на площади библиотеку запрещенного новой властью «Института исследования сексуальности» Магнуса Хиршфельда — медика, сексолога и одного из первых лгбт-активистов в истории Германии.
И если мы уж решили воевать с нацизмом, то воевать с ним и его проявлениями надо во всём.
Так как в апреле обычно проводят День молчания (акция, посвящённая проблемам замалчивания дискриминации, преступлений на почве ненависти и негативного отношения по признаку сексуальной ориентации и гендерной идентичности и тд), то хотим вот что сказать.
Пару недель назад УНИАН опубликовал документы погибшего во время спецоперации российского солдата, присовокупив к ним его романтические фотографии с другим молодым человеком. Сделано это было в какой-то вывернутой на изнанку логике аутинга, которая сама по себе довольно отвратительная практика, кем бы не применялась. Проецированиt чувства стыда.
Но давайте не будем забывать, что гомосексуалы — как и все прочие россияне сейчас воюют и умирают. И стоило бы сделать так, чтобы все аутинги противников не имели никакого смысла — чтобы каждый из них, их партнеров и членов их семей знал, что такие фотографии они могут совершенно свободно публиковать где угодно. И никто их за это не осудит. Да и семьям погибших стоило бы оформлять от государства все выплаты, если такие положены. Вне зависимости от гендера погибшего члена семьи.
И тут нам нужно помнить: одной из своих целей немецкий нацизм ставил преследование и уничтожение гомосексуалов. Их отправляли в концлагеря, на них проводили медицинские эксперименты, а в мае 1933, почти сразу после прихода НСДАП к власти в Германии, нацистские активисты разграбили и сожгли на площади библиотеку запрещенного новой властью «Института исследования сексуальности» Магнуса Хиршфельда — медика, сексолога и одного из первых лгбт-активистов в истории Германии.
И если мы уж решили воевать с нацизмом, то воевать с ним и его проявлениями надо во всём.