Вчерашняя встреча Токаева с Путиным имеет два измерения.
Первое - это форум регионального сотрудничества с рассказом о взаимных достижениях в экономике. Цифры, конечно, впечатляют, но президенты двух стран встречаются так часто, что лишний раз пересказывать этот формат, кажется уже излишним. Тут у нас все хорошо, все было хорошо и все будет хорошо.
Второе - это тема войны с Украиной, которую поднял Токаев. На первый взгляд это выглядело как сюрприз и экспромт. Кое-кто даже написал, что у казахстанского президента сдали нервы на фоне очередных ударов по КТК и ситуации вокруг российских НПЗ и перспективы топливного кризиса.
Токаев, насколько помнится, не является человеком, у кого сдают нервы в кризисной ситуации. Еще меньше он является человеком, который будет импровизировать на такие темы, еще и публично.
Старый опытный дипломат хотел, чтобы это выглядело экспромтом, да и с визави, готов поспорить, этот вопрос заранее согласовал.
Нужно напомнить, что Казахстан аккуратно проводит свою линию по этому вопросу. В августе-сентябре прошлого года он разъяснял Зеленскому важность мира даже ценой гибкости в территориальном вопросе.
Вчера он обратился к России с просьбой пойти на заморозку конфликта. В обоих случаях, да и на других площадках, Токаев напоминает о том, что в войне гибнут представители братских народов. Ему категорически не нравится тема поиска исторических причин конфликта, поскольку она делает поводы для продолжения войны бесконечной и имеет негативное влияние на вопрос исторической легитимности постсоветских государств.
В свое время Токаев заявил, что понимает причины действий России в отношении Крыма (но не говорил, что он их принимает). Вчера он заявил, что не понимает причины войны. Помнится, Токаев не так давно напомнил, что нынешний конфликт на Ближнем Востоке начался с проблемы распространения ядерного оружия, а сейчас обсуждается судоходство в Ормузском проливе.
Этот подход можно экстраполировать и на нынешнюю ситуацию.
Казахстанский президент как бы задается вопросом: какова стратегическая цель войны и каковы будут причины для ее прекращения.
Полуофициально считается, что Россия будет готова к переговорам, когда дойдет до исторических границ Донецкой области. Но тут же встанет вопрос о Запорожской и Херсонской областях, которые в сентябре 2022 г. объявлены частью РФ.
Динамика ситуации на сухопутном фронте не сильно бросается в глаза - в отличие от постоянных взаимных ударов с применением ракет и БПЛА. Зоны налетов и причиняемый ими ущерб расширяются, втягивая в него третьи страны, которым хотелось бы оценить перспективы - особенно на фоне затянувшейся ситуации вокруг Ирана.
Представляется, что и стороны, и ключевые внешние игроки готовы разговаривать о перспективах, и Токаев, находящийся на постоянной связи с ними, озвучивает не только свое мнение, но политический запрос мирового сообщества в форме, которая не вызывает вопроса у Москвы, но делает это публично и с использованием выражений, которые могут вызвать (и уже вызвали) раздражение у части общественного мнения. В то же время многие с понимаем отнеслись к токаевским словам, тем более что Астана все годы войны и предшествующего периода хранила верность союзническим отношениям.
Не менее интересен уже не раз озвученный отказ Токаева быть посредником в переговорах между Москвой и Киевом. Казахстанский президент - в силу своего дипломатического веса, стабильных отношений со всеми сверхдержавами, анализа и понимания ситуации - является как раз-таки идеальной фигурой. Но его риторика с одной стороны являются призывом к прямым переговорам, а с другой - публичной декларацией об отсутствии личной и государственной заинтересованности. Последняя, безусловно, есть, но Токаев демонстрирует предельную объективность в такой ситуации. Взять к примеру недавнее заявление Кошербаева с осуждением атак неустановленных БПЛА.
Астана демонстрирует Киеву и стоящим за ним игрокам готовность разговаривать как "взрослые".
Токаев сделал ход. Посмотрим, как среагируют остальные.
Первое - это форум регионального сотрудничества с рассказом о взаимных достижениях в экономике. Цифры, конечно, впечатляют, но президенты двух стран встречаются так часто, что лишний раз пересказывать этот формат, кажется уже излишним. Тут у нас все хорошо, все было хорошо и все будет хорошо.
Второе - это тема войны с Украиной, которую поднял Токаев. На первый взгляд это выглядело как сюрприз и экспромт. Кое-кто даже написал, что у казахстанского президента сдали нервы на фоне очередных ударов по КТК и ситуации вокруг российских НПЗ и перспективы топливного кризиса.
Токаев, насколько помнится, не является человеком, у кого сдают нервы в кризисной ситуации. Еще меньше он является человеком, который будет импровизировать на такие темы, еще и публично.
Старый опытный дипломат хотел, чтобы это выглядело экспромтом, да и с визави, готов поспорить, этот вопрос заранее согласовал.
Нужно напомнить, что Казахстан аккуратно проводит свою линию по этому вопросу. В августе-сентябре прошлого года он разъяснял Зеленскому важность мира даже ценой гибкости в территориальном вопросе.
Вчера он обратился к России с просьбой пойти на заморозку конфликта. В обоих случаях, да и на других площадках, Токаев напоминает о том, что в войне гибнут представители братских народов. Ему категорически не нравится тема поиска исторических причин конфликта, поскольку она делает поводы для продолжения войны бесконечной и имеет негативное влияние на вопрос исторической легитимности постсоветских государств.
В свое время Токаев заявил, что понимает причины действий России в отношении Крыма (но не говорил, что он их принимает). Вчера он заявил, что не понимает причины войны. Помнится, Токаев не так давно напомнил, что нынешний конфликт на Ближнем Востоке начался с проблемы распространения ядерного оружия, а сейчас обсуждается судоходство в Ормузском проливе.
Этот подход можно экстраполировать и на нынешнюю ситуацию.
Казахстанский президент как бы задается вопросом: какова стратегическая цель войны и каковы будут причины для ее прекращения.
Полуофициально считается, что Россия будет готова к переговорам, когда дойдет до исторических границ Донецкой области. Но тут же встанет вопрос о Запорожской и Херсонской областях, которые в сентябре 2022 г. объявлены частью РФ.
Динамика ситуации на сухопутном фронте не сильно бросается в глаза - в отличие от постоянных взаимных ударов с применением ракет и БПЛА. Зоны налетов и причиняемый ими ущерб расширяются, втягивая в него третьи страны, которым хотелось бы оценить перспективы - особенно на фоне затянувшейся ситуации вокруг Ирана.
Представляется, что и стороны, и ключевые внешние игроки готовы разговаривать о перспективах, и Токаев, находящийся на постоянной связи с ними, озвучивает не только свое мнение, но политический запрос мирового сообщества в форме, которая не вызывает вопроса у Москвы, но делает это публично и с использованием выражений, которые могут вызвать (и уже вызвали) раздражение у части общественного мнения. В то же время многие с понимаем отнеслись к токаевским словам, тем более что Астана все годы войны и предшествующего периода хранила верность союзническим отношениям.
Не менее интересен уже не раз озвученный отказ Токаева быть посредником в переговорах между Москвой и Киевом. Казахстанский президент - в силу своего дипломатического веса, стабильных отношений со всеми сверхдержавами, анализа и понимания ситуации - является как раз-таки идеальной фигурой. Но его риторика с одной стороны являются призывом к прямым переговорам, а с другой - публичной декларацией об отсутствии личной и государственной заинтересованности. Последняя, безусловно, есть, но Токаев демонстрирует предельную объективность в такой ситуации. Взять к примеру недавнее заявление Кошербаева с осуждением атак неустановленных БПЛА.
Астана демонстрирует Киеву и стоящим за ним игрокам готовность разговаривать как "взрослые".
Токаев сделал ход. Посмотрим, как среагируют остальные.