Пресс-секретари президентов Казахстана и России заявили, что в словах Касым-Жомарта Токаева о диверсификации маршрутов казахстанского экспорта (в первую очередь, понятно, углеводородного сырья) нет политической составляющей.
Безусловно, это не так. Маршруты нефтепроводов - это как раз таки самая что ни есть геополитика.
Но! Хочется напомнить, что логистические проекты посление годы развивались по двух основным направлениям. Первое - евразийское, второе - китайское (точнее, развитие инфраструктуры для расширения китайского экспорта на запад). И то, и другое, безусловно, соответствует интересам национальной экономики, но остальные направления (Центральная Азия и Кавказ) долгое время были в тени.
Глобальное противостояние между Россией и Западом и усиливающееся противостояние Запада и Китая объективно ограничивает возможности для маневра.
Отсюда и инициатива Токаева, которую не нужно воспринимать как экспромт или реакцию на очередные проблемы трубопровода КТК.
Относительно последнего хотелось бы сразу сказать: вряд ли комплекс решений последних месяцев (шторм, мины, экологи и т.д.) был не согласован с отечественными властями. Ситуация вокруг дефицита поставок нефти на европейский рынок ведет к росту цен, а значит, объективно выгодна и Казахстану. Во-вторых, проблемы с экспортом нефти теоретически могли бы подтолкнуть политическое руководство к поиску модели будущего безнефтяного развития (так же как западные санкции сняли проблему оттока капитала из России, которая сама этот вопрос много лет никак не могла решить).
Но вернемся к логистике. Вопрос развития Транскаспийского маршрута активно прорабатывается уже в течение длительного времени. Он не только позволяет обойти зоны конфликта (хотя Каспий и Кавказ "нейтральными" территориями назвать сложно), но и укрепить экономический суверенитет и стать базой для развития потенциала страны в более широком смысле.
Нужно понимать, что при этом данный проект, точнее серия проектов, озвученная Токаевым на недавнем саммите в Ашхабаде, Петербургском и Катарском форумах, вполне соотносится и с евразийской интеграцией, и центральноазиатской интеграцией, и с китайским транзитом. Главное, что в данном вопросе Казахстан выдвигает себя на более самостоятельные роли исходя из национальных интересов.
А развитие альтернативных маршрутов делает нашу страну хабом для перетока инвесторов, которые вынуждены сворачивать проекты в России или Китае, что может стать фактором и диверсификации, и модернизации экономики.
Безусловно, это не так. Маршруты нефтепроводов - это как раз таки самая что ни есть геополитика.
Но! Хочется напомнить, что логистические проекты посление годы развивались по двух основным направлениям. Первое - евразийское, второе - китайское (точнее, развитие инфраструктуры для расширения китайского экспорта на запад). И то, и другое, безусловно, соответствует интересам национальной экономики, но остальные направления (Центральная Азия и Кавказ) долгое время были в тени.
Глобальное противостояние между Россией и Западом и усиливающееся противостояние Запада и Китая объективно ограничивает возможности для маневра.
Отсюда и инициатива Токаева, которую не нужно воспринимать как экспромт или реакцию на очередные проблемы трубопровода КТК.
Относительно последнего хотелось бы сразу сказать: вряд ли комплекс решений последних месяцев (шторм, мины, экологи и т.д.) был не согласован с отечественными властями. Ситуация вокруг дефицита поставок нефти на европейский рынок ведет к росту цен, а значит, объективно выгодна и Казахстану. Во-вторых, проблемы с экспортом нефти теоретически могли бы подтолкнуть политическое руководство к поиску модели будущего безнефтяного развития (так же как западные санкции сняли проблему оттока капитала из России, которая сама этот вопрос много лет никак не могла решить).
Но вернемся к логистике. Вопрос развития Транскаспийского маршрута активно прорабатывается уже в течение длительного времени. Он не только позволяет обойти зоны конфликта (хотя Каспий и Кавказ "нейтральными" территориями назвать сложно), но и укрепить экономический суверенитет и стать базой для развития потенциала страны в более широком смысле.
Нужно понимать, что при этом данный проект, точнее серия проектов, озвученная Токаевым на недавнем саммите в Ашхабаде, Петербургском и Катарском форумах, вполне соотносится и с евразийской интеграцией, и центральноазиатской интеграцией, и с китайским транзитом. Главное, что в данном вопросе Казахстан выдвигает себя на более самостоятельные роли исходя из национальных интересов.
А развитие альтернативных маршрутов делает нашу страну хабом для перетока инвесторов, которые вынуждены сворачивать проекты в России или Китае, что может стать фактором и диверсификации, и модернизации экономики.