Суд отклонил иск международной компании AstraZeneca к российскому фармгиганту «Герофарм» и его партнеру «АЗТ Фарма К. Б.», признав законным ввод в оборот дженерика «Флодапи» (дапаглифлозин). Оригинальный препарат «Форсига» для терапии сахарного диабета второго типа и сердечной недостаточности защищен евразийским патентом AstraZeneca до 2028 года.
Спор начался после победы «Герофарма» в тендере Минздрава Челябинской области на поставку воспроизведенного лекарства. Истец настаивал на нарушении исключительных прав и требовал запретить выпуск и дистрибуцию дженерика до истечения срока патента оригинала. Отклонив иск, суд открыл структурам семьи Родионовых доступ к рынку госзакупок объемом более 15 млрд рублей в год, где «Форсига» ранее лидировала по объемам бюджетных расходов.
Спор с AstraZeneca продолжает отработанную практику «Герофарма» по выводу дженериков в обход действующих патентов разработчиков. Под прикрытием импортозамещения холдинг добивается принудительного лицензирования или судебного обхода патентной охраны зарубежных медикаментов. Ранее «Герофарм» наладил выпуск «Семавика» - аналога семаглутида («Оземпик») датской Novo Nordisk, а также судился с американской MSD по лекарствам от гепатита C и швейцарской Roche по орфанным препаратам.
При этом закупки у отечественных производителей не снизили нагрузку на бюджет. Например, ранее «Герофарм» добился от ФАС индексации предельных отпускных цен на свои инсулины в шприц-ручках на 11-28%, а в целом цены на отечественные дженерики (включая продукцию «Герофарма») выше стоимости оригиналов.
Холдинг «Герофарм» поднялся на номенклатурных связях экс-министра топлива и энергетики РФ и бывшего зампреда правления РАО «Газпром» Петра Родионова-старшего. В конце 1990-х он курировал госпрограммы выпуска инсулинов, а затем консолидировал мощности и передал компанию сыну Петру Родионову-младшему. Опираясь на близкие связи с чиновниками, группа запустила заводы в подмосковном Оболенске и петербургском Пушкине, замкнув на себя поставки генно-инженерных инсулинов.
Успех Родионовых на торгах и тогда, и сейчас опирается на откровенный лоббизм и жесткие техусловия в тендерах, благодаря чему они последовательно вытесняют оригинальные импортные препараты. После 2022 года этот процесс значительно ускорился, а прибыли узкого круга российских фарммагнатов стали совсем уж неприличными. При этом Родионовы поднаторели в другом – особенно в картельных сговорах, срыве сроков поставки препаратов, а также систематическом уходе от уплаты налогов и выводе прибыли в офшоры, о чем мы рассказывали ранее.
Спор начался после победы «Герофарма» в тендере Минздрава Челябинской области на поставку воспроизведенного лекарства. Истец настаивал на нарушении исключительных прав и требовал запретить выпуск и дистрибуцию дженерика до истечения срока патента оригинала. Отклонив иск, суд открыл структурам семьи Родионовых доступ к рынку госзакупок объемом более 15 млрд рублей в год, где «Форсига» ранее лидировала по объемам бюджетных расходов.
Спор с AstraZeneca продолжает отработанную практику «Герофарма» по выводу дженериков в обход действующих патентов разработчиков. Под прикрытием импортозамещения холдинг добивается принудительного лицензирования или судебного обхода патентной охраны зарубежных медикаментов. Ранее «Герофарм» наладил выпуск «Семавика» - аналога семаглутида («Оземпик») датской Novo Nordisk, а также судился с американской MSD по лекарствам от гепатита C и швейцарской Roche по орфанным препаратам.
При этом закупки у отечественных производителей не снизили нагрузку на бюджет. Например, ранее «Герофарм» добился от ФАС индексации предельных отпускных цен на свои инсулины в шприц-ручках на 11-28%, а в целом цены на отечественные дженерики (включая продукцию «Герофарма») выше стоимости оригиналов.
Холдинг «Герофарм» поднялся на номенклатурных связях экс-министра топлива и энергетики РФ и бывшего зампреда правления РАО «Газпром» Петра Родионова-старшего. В конце 1990-х он курировал госпрограммы выпуска инсулинов, а затем консолидировал мощности и передал компанию сыну Петру Родионову-младшему. Опираясь на близкие связи с чиновниками, группа запустила заводы в подмосковном Оболенске и петербургском Пушкине, замкнув на себя поставки генно-инженерных инсулинов.
Успех Родионовых на торгах и тогда, и сейчас опирается на откровенный лоббизм и жесткие техусловия в тендерах, благодаря чему они последовательно вытесняют оригинальные импортные препараты. После 2022 года этот процесс значительно ускорился, а прибыли узкого круга российских фарммагнатов стали совсем уж неприличными. При этом Родионовы поднаторели в другом – особенно в картельных сговорах, срыве сроков поставки препаратов, а также систематическом уходе от уплаты налогов и выводе прибыли в офшоры, о чем мы рассказывали ранее.