В 2019 году, по данным Росстата, доля работников крупных и средних предприятий, получающих зарплату ниже или на уровне общероссийского МРОТ, составляла 2,9%, или 775 тыс. человек. В 2021 году этот показатель сократился до 2,5%, или 689,8 тыс. работников (исследование проводится раз в два года). В общем, было бы странно, если бы этот показатель не снизился — в условиях рекордной инфляции и подорожания всего, зарплаты у людей хоть и не так быстро, как хотелось бы, но растут. Другое дело, что покупательная способность этого самого МРОТ на данный момент уже совершенно неприлично низкая.
По закону платить зарплату ниже МРОТ при полной занятости работодатель не имеет права, поэтому эти зарплаты — работников на неполной занятости. Однако вот какой интересный момент выявила статистика: регионами с наименьшей долей зарплат ниже МРОТ оказались Магаданская и Сахалинская области, Камчатский край (во всех — около нуля), а также Ямало-Ненецкий (0,3%) и Ханты-Мансийский автономные округа (0,4%). В принципе, оно и понятно, тем более, что расчеты велись исходя из федерального, а не регионального МРОТ. Зарплаты, как и цены, на севере выше средних по стране, даже работать на полставки за условные 10 тыс. рублей там не имеет смысла.
Наибольшая же доля «минималок» наблюдается в регионах Северного Кавказа: в Дагестане (13,7%), Северной Осетии (10,8%), Карачаево-Черкесии (10,3%), Ингушетии (9%) и Кабардино-Балкарии (8,3%). Удивительно компактно сгруппировались на Северном Кавказе бессребренники, не правда ли, уважаемые читатели?
Коллектив криптоканала полагает, что такая статистическая аномалия связана не столько с обилием людей, готовых работать за гроши, сколько со спецификой социально-экономических отношений на Кавказе, где строгое следование букве закона считается дурным тоном. Очевидно, что с зарплатами работают старые добрые «серые» схемы, при которых гражданин устраивается формально на полставки, а реальную зарплату получает «в конверте» безо всяких налоговых отчислений, или на небольших ставках числятся «мертвые души», чьи зарплаты потом забирает начальство. Вероятно, такая схема еще и помогает всем участникам получать социальные льготы, как малоимущим.
Эксперты также называют причинами низких зарплат в южных регионах небольшую производительность труда, которая обусловлена низкими инвестициями в человеческий капитал и основные фонды, технологическое отставание, дефицит квалифицированных кадров, малую мобильность трудовых ресурсов, а также неэффективную организацию труда. Однако эти утверждения справедливы по отношению к любому российскому региону. Как совершенно верно отмечает политолог Дмитрий Михайличенко государство упрощает и редуцирует до простых программ и управленческих решений все общественные процессы, без которых невозможно развитие общества. Без развитых общественных институтов нет стабильности, без стабильности нет инвестиций в людей и бизнес, а без этого ожидать роста благосостояния граждан и перехода общества на новый качественный уровень не приходится.
Так и живем, уважаемые читатели.
По закону платить зарплату ниже МРОТ при полной занятости работодатель не имеет права, поэтому эти зарплаты — работников на неполной занятости. Однако вот какой интересный момент выявила статистика: регионами с наименьшей долей зарплат ниже МРОТ оказались Магаданская и Сахалинская области, Камчатский край (во всех — около нуля), а также Ямало-Ненецкий (0,3%) и Ханты-Мансийский автономные округа (0,4%). В принципе, оно и понятно, тем более, что расчеты велись исходя из федерального, а не регионального МРОТ. Зарплаты, как и цены, на севере выше средних по стране, даже работать на полставки за условные 10 тыс. рублей там не имеет смысла.
Наибольшая же доля «минималок» наблюдается в регионах Северного Кавказа: в Дагестане (13,7%), Северной Осетии (10,8%), Карачаево-Черкесии (10,3%), Ингушетии (9%) и Кабардино-Балкарии (8,3%). Удивительно компактно сгруппировались на Северном Кавказе бессребренники, не правда ли, уважаемые читатели?
Коллектив криптоканала полагает, что такая статистическая аномалия связана не столько с обилием людей, готовых работать за гроши, сколько со спецификой социально-экономических отношений на Кавказе, где строгое следование букве закона считается дурным тоном. Очевидно, что с зарплатами работают старые добрые «серые» схемы, при которых гражданин устраивается формально на полставки, а реальную зарплату получает «в конверте» безо всяких налоговых отчислений, или на небольших ставках числятся «мертвые души», чьи зарплаты потом забирает начальство. Вероятно, такая схема еще и помогает всем участникам получать социальные льготы, как малоимущим.
Эксперты также называют причинами низких зарплат в южных регионах небольшую производительность труда, которая обусловлена низкими инвестициями в человеческий капитал и основные фонды, технологическое отставание, дефицит квалифицированных кадров, малую мобильность трудовых ресурсов, а также неэффективную организацию труда. Однако эти утверждения справедливы по отношению к любому российскому региону. Как совершенно верно отмечает политолог Дмитрий Михайличенко государство упрощает и редуцирует до простых программ и управленческих решений все общественные процессы, без которых невозможно развитие общества. Без развитых общественных институтов нет стабильности, без стабильности нет инвестиций в людей и бизнес, а без этого ожидать роста благосостояния граждан и перехода общества на новый качественный уровень не приходится.
Так и живем, уважаемые читатели.