По слухам, несколько дней назад Александр Невзоров покинул территорию России, а вчера на него завели уголовное дело по свежему закону о распространении фейков.
И это удивительно, уважаемые читатели, потому что по достаточно жестким российским законам Александр Глебович наговорил себе на уголовку еще 8 лет назад, а каждые две недели наговаривал на статью за оскорбление чувств верующих, которые, как известно, готовы оскорбляться по любому поводу, а иногда даже и без оного.
С началом военной операции на Украине динозавр российской журналистики сразу встал на очень проукраинские позиции, что в российской журналистике не редкость — но вот формулировки, которые он использовал о России, русских и действующей власти, их объем и частота повторений, скорее соответствовала либо украинскому журналисту-радикалу, либо какому-нибудь мигранту самых непримиримых взглядов вроде Аркадия Бабченко. За эти 8 лет уголовки получили люди куда менее резкие и частые в своих суждения, а с Невзорова все, как с гуся вода. У многих возникали вопросы, на которые появлялись самые странные ответы, начиная с того, что Невзоров — провокатор, что он с 1980-х работает на ленинградское КГБ, что вхож, как в западный, так и в российский истеблишмент, что он слишком популярен, чтобы его сажать. Все это, конечно, досужие рассуждения, ни одна из вышеперечисленных причин никогда не была препятствием, чтобы посадить человека.
Тогда почему не трогали все эти годы, и все решились сейчас? Думаем, самое нормальное объяснение — это консервативность, а значит и некоторая сентиментальность Владимира Путина. Консерватор всегда трепетно относится к прошлому, боится разрушить комфортный мир прошедших времен. А Невзоров, несомненно, глыба в питерской политической жизни 1990-х, того времени, когда Владимир Путин начал свою политическую карьеру. Естественно, Президент РФ берег и жалел журналиста, как артефакт прошлого, многое ему позволял.
Однако времена поменялись, и Александр Глебович это понял очень быстро, а поняв — переехал в Израиль.
И это удивительно, уважаемые читатели, потому что по достаточно жестким российским законам Александр Глебович наговорил себе на уголовку еще 8 лет назад, а каждые две недели наговаривал на статью за оскорбление чувств верующих, которые, как известно, готовы оскорбляться по любому поводу, а иногда даже и без оного.
С началом военной операции на Украине динозавр российской журналистики сразу встал на очень проукраинские позиции, что в российской журналистике не редкость — но вот формулировки, которые он использовал о России, русских и действующей власти, их объем и частота повторений, скорее соответствовала либо украинскому журналисту-радикалу, либо какому-нибудь мигранту самых непримиримых взглядов вроде Аркадия Бабченко. За эти 8 лет уголовки получили люди куда менее резкие и частые в своих суждения, а с Невзорова все, как с гуся вода. У многих возникали вопросы, на которые появлялись самые странные ответы, начиная с того, что Невзоров — провокатор, что он с 1980-х работает на ленинградское КГБ, что вхож, как в западный, так и в российский истеблишмент, что он слишком популярен, чтобы его сажать. Все это, конечно, досужие рассуждения, ни одна из вышеперечисленных причин никогда не была препятствием, чтобы посадить человека.
Тогда почему не трогали все эти годы, и все решились сейчас? Думаем, самое нормальное объяснение — это консервативность, а значит и некоторая сентиментальность Владимира Путина. Консерватор всегда трепетно относится к прошлому, боится разрушить комфортный мир прошедших времен. А Невзоров, несомненно, глыба в питерской политической жизни 1990-х, того времени, когда Владимир Путин начал свою политическую карьеру. Естественно, Президент РФ берег и жалел журналиста, как артефакт прошлого, многое ему позволял.
Однако времена поменялись, и Александр Глебович это понял очень быстро, а поняв — переехал в Израиль.