Репост из: #Шалимовправ
Дискуссия об отмене выборов в 2023 году слишком абстрактна. Потому что было бы что отменять
Вокруг власти в стране была построена система оборонительных линий с «дзотами», «окопами» и пр. Если бы к обороне страны относились также системно и серьезно, как к защите власти, то может быть удалось избежать большинства страхов 2022 года.
Итак, как организована эта система:
Линия 1: Допуск/не допуск
На губернаторских выборах есть драконовский муниципальный фильтр, который в большинстве регионов может преодолеть только кандидат от партии власти. Но чтобы выборы не были безальтернативными, единоросы отдают часть своих муниципальных подписей кандидатам от системных партий. Это согласованные кандидаты, их роль быть даже не спойлерами, а бутафорией какой-то. Но в 2018 году даже такие кандидаты смогли в 4 регионах выиграть губернаторские выборы.
На выборах в Заксобрания, городские и прочие муниципальные советы списки кандидатов просматриваются и чистятся замгубернаторами по внутренней политике и «погонами». Если даже пропустят кого-то не того, то всегда можно снять решением избиркома или суда.
Линия 2: Ресурсы
Крайне сложно найти независимый источник финансирования предвыборной кампании. Чтобы избраться на региональном уровне надо ездить по огромным территориям, печатать сотнями тысяч АПМ, проводить встречи, организовывать полевую работу и т.д. Это все требует денег – для губернаторских выборов это несколько сотен млн. рублей. Для выборов в Заксобрания регионов обычно более 10 млн. рублей по округу и несколько десятков для партийного списка. В горсоветы региональных столиц избраться дешевле, но все равно речь идет о цифрах с 6 нулями для результата. Так как в регионах такие деньги могут дать только крупные компании (ФПГ), то очевидно, что с ними договариваются, концентрируют бюджеты в серых домах за памятником Ленину и оттуда распределяют в бумажных пакетах (часто прямо с логотипами тех самых ФПГ, которые их предоставили).
Оппозиционеры научились краудфандингу, но если в Москве можно так наскрести на полную кампанию, то в регионах только на несколько баннеров и газету даже у кандидатов с хорошим медийным весом. Кроме того, поступление средств с ошибкой или из иностранных источников (от гражданина Таджикистана, например) могут стать причиной снятия с выборов.
Линия 3: Доступ к медиа и агитации
Будем считать независимые медиа в регионах? Хватит на всю страну пальцев на двух руках или уже на одной? А ведь и они на время выборов берут деньги от всех, у кого они есть (см. предыдущую линию обороны).
Может ли оппозиционный кандидат провести встречу с коллективом школы, больницы, завода? Даже встречи во дворах и то в период пандемии кое-где объявлялись вне закона.
Линия 4: Низкая явка
Сушат явку как могут, вызывают отвращение через «мы ничего не решаем», ЕДГ в дни копки картошки и т.п.
Линия 5: Двух-трехдневное голосование, досрочка, карусели
Этот редут долгое время вообще был основным для выигрывания выборов (еще до гениального изобретения двух-трехдневного голосования (1-2 чудесных ночи безнадзорных урн). Различные общественные наблюдатели за 500-1000 руб./шт., автобусы трудящихся, даже шоу с переодеванием на потоке делали/делают необходимый результат при низкой явке.
Линия 6: Подсчет голосов, ДЭГ и результат выборов
Приписываемая Сталину фраза «Неважно, как проголосовали, важно, как подсчитали» на самом деле имеет еще более древние корни. Тем более, защититься от несправедливого результата выборов в суде невозможно, за последние годы прецеденты на всю страну носят единичный и очень локальный характер.
Таким образом, ЕДГ 2023 года страшны не сами по себе, а реакцией общества на их результат, постановкой вопроса о его легитимности. Понятно, что у нас в стране любят бороться со следствиями, а не причинами, но в следующем году вряд ли это поможет. Потому что отмена выборов сделает еще более актуальным вопрос о легитимности власти при сложнейшей повестке на федеральном уровне и буквально у людей дома.
Вокруг власти в стране была построена система оборонительных линий с «дзотами», «окопами» и пр. Если бы к обороне страны относились также системно и серьезно, как к защите власти, то может быть удалось избежать большинства страхов 2022 года.
Итак, как организована эта система:
Линия 1: Допуск/не допуск
На губернаторских выборах есть драконовский муниципальный фильтр, который в большинстве регионов может преодолеть только кандидат от партии власти. Но чтобы выборы не были безальтернативными, единоросы отдают часть своих муниципальных подписей кандидатам от системных партий. Это согласованные кандидаты, их роль быть даже не спойлерами, а бутафорией какой-то. Но в 2018 году даже такие кандидаты смогли в 4 регионах выиграть губернаторские выборы.
На выборах в Заксобрания, городские и прочие муниципальные советы списки кандидатов просматриваются и чистятся замгубернаторами по внутренней политике и «погонами». Если даже пропустят кого-то не того, то всегда можно снять решением избиркома или суда.
Линия 2: Ресурсы
Крайне сложно найти независимый источник финансирования предвыборной кампании. Чтобы избраться на региональном уровне надо ездить по огромным территориям, печатать сотнями тысяч АПМ, проводить встречи, организовывать полевую работу и т.д. Это все требует денег – для губернаторских выборов это несколько сотен млн. рублей. Для выборов в Заксобрания регионов обычно более 10 млн. рублей по округу и несколько десятков для партийного списка. В горсоветы региональных столиц избраться дешевле, но все равно речь идет о цифрах с 6 нулями для результата. Так как в регионах такие деньги могут дать только крупные компании (ФПГ), то очевидно, что с ними договариваются, концентрируют бюджеты в серых домах за памятником Ленину и оттуда распределяют в бумажных пакетах (часто прямо с логотипами тех самых ФПГ, которые их предоставили).
Оппозиционеры научились краудфандингу, но если в Москве можно так наскрести на полную кампанию, то в регионах только на несколько баннеров и газету даже у кандидатов с хорошим медийным весом. Кроме того, поступление средств с ошибкой или из иностранных источников (от гражданина Таджикистана, например) могут стать причиной снятия с выборов.
Линия 3: Доступ к медиа и агитации
Будем считать независимые медиа в регионах? Хватит на всю страну пальцев на двух руках или уже на одной? А ведь и они на время выборов берут деньги от всех, у кого они есть (см. предыдущую линию обороны).
Может ли оппозиционный кандидат провести встречу с коллективом школы, больницы, завода? Даже встречи во дворах и то в период пандемии кое-где объявлялись вне закона.
Линия 4: Низкая явка
Сушат явку как могут, вызывают отвращение через «мы ничего не решаем», ЕДГ в дни копки картошки и т.п.
Линия 5: Двух-трехдневное голосование, досрочка, карусели
Этот редут долгое время вообще был основным для выигрывания выборов (еще до гениального изобретения двух-трехдневного голосования (1-2 чудесных ночи безнадзорных урн). Различные общественные наблюдатели за 500-1000 руб./шт., автобусы трудящихся, даже шоу с переодеванием на потоке делали/делают необходимый результат при низкой явке.
Линия 6: Подсчет голосов, ДЭГ и результат выборов
Приписываемая Сталину фраза «Неважно, как проголосовали, важно, как подсчитали» на самом деле имеет еще более древние корни. Тем более, защититься от несправедливого результата выборов в суде невозможно, за последние годы прецеденты на всю страну носят единичный и очень локальный характер.
Таким образом, ЕДГ 2023 года страшны не сами по себе, а реакцией общества на их результат, постановкой вопроса о его легитимности. Понятно, что у нас в стране любят бороться со следствиями, а не причинами, но в следующем году вряд ли это поможет. Потому что отмена выборов сделает еще более актуальным вопрос о легитимности власти при сложнейшей повестке на федеральном уровне и буквально у людей дома.