Доктор экономических наук, декан экономического факультета МГУ Александр Аузан в интервью телеканалу РБК заявил, что общественный договор между российским обществом и властью восстановился в прошлом году, после непопулярной пенсионной реформы, на новых геополитических основах.
Он в целом определил общественный договор как «обмен ожиданиями по поводу прав собственности, свободы и так далее между населением и властью».
«Я считаю, что в 2022 году восстановился брак, порушенный тяжелой семейной изменой под названием «пенсионная реформа в РФ», — сказал Аузан.
Ретроспективно он так описал несколько периодов новейшей истории России, когда успешное действие общественного договора сменялось кризисами:
— начало 2000-х — 2011 год. Большинство россиян были готовы отдать свои политические права «на администрирование» (например, отмена губернаторских выборов) в обмен на «колоссальный» рост благосостояния и товарного изобилия.
— 2011–2014 годы. «Рассерженные горожане» выходили на многотысячные митинги, связанные, в частности, с нарушениями на выборах. Популярность власти, по словам Аузана, падала.
— 2014–2018 годы. Власть предложила обществу, желающему нематериальных ценностей, идею «сверхдержавы», которая устроила большинство населения. Реальные располагаемые доходы начали падать, а поддержка власти — расти. «Люди разменяли свои материальные страсти на ощущение принадлежности к мощной державе: Крым, Донбасс, Ливия, Сирия, Венесуэла», — пояснил Аузан.
— 2018–2022 годы. Кризис общественного договора, вызванный пенсионной реформой, поднявшей пенсионный возраст до 60 лет для женщин и до 65 лет для мужчин.
По словам Азуана, в прошлом году на фоне «жестких переговоров с Западом» и начала специальной военной операции на Украине в России восстановился «геополитический брак» общества и власти.
Обновленный общественный договор характеризуется тем, что доходы населения не падают. Аузан объясняет это тем, что бюджетные средства вкладываются в расширение оборонно-промышленного комплекса, дают рабочие места. Помимо роста оборонной промышленности на рост доходов в регионах влияют и выплаты военнослужащим по контракту, и компенсации раненым и погибшим.
«Поэтому это общественный договор. Это обмен, который поддержан в данном случае и материально. Хотя понятно, что это мотивирование стоит на возможностях бюджета. Пока у бюджета есть возможность это финансировать, то есть рабочие места, спрос. А вот долго ли будет, это проблема», — сказал экономист.
Зарплаты, по мнению Аузана, будут продолжать расти, поскольку, с одной стороны, растет спрос за счет разрастания ОПК, с другой — есть дефицит кадров за счет демографических причин (сейчас пришло «узкое поколение») и отъезда специалистов за рубеж.
По мнению эксперта, изменение российских реалий экономической географии за счет подъема в регионах ВПК во многом реализует запрос общества на справедливость.
«Давайте признаем, что 30 лет постсоветского развития значительная бóльшая часть страны, вообще говоря, практически ничего не получила. Бурное развитие шло в мегаполисах, нефтяных регионах, в тех, кто связан с добычей, экспортом сырья, но прежде всего в мегаполисах», — сказал он.
Теперь же мегаполисы переживают трудности.
«А для той части страны, которая ничего не имела, это праздник, потому что не только появились возможности, работа, заработки — их вернули в мировую историю, они же участвуют в схватке добра и зла на мировом уровне. Их же пригласили к решению главных вопросов исторического развития», — отметил экономист.
Выступление Аузана можно свести к одному предложению: СВО как драйвер российской экономики и фундамент нового общественного договора, или выбор «пушки вместо масла» в парадигме экономиста Пола Самуэльсона. В короткой перспективе это работает, но на длинной дистанции заканчивается плачевно для экономике, и опыт СССР тому пример, уважаемые читатели.
Он в целом определил общественный договор как «обмен ожиданиями по поводу прав собственности, свободы и так далее между населением и властью».
«Я считаю, что в 2022 году восстановился брак, порушенный тяжелой семейной изменой под названием «пенсионная реформа в РФ», — сказал Аузан.
Ретроспективно он так описал несколько периодов новейшей истории России, когда успешное действие общественного договора сменялось кризисами:
— начало 2000-х — 2011 год. Большинство россиян были готовы отдать свои политические права «на администрирование» (например, отмена губернаторских выборов) в обмен на «колоссальный» рост благосостояния и товарного изобилия.
— 2011–2014 годы. «Рассерженные горожане» выходили на многотысячные митинги, связанные, в частности, с нарушениями на выборах. Популярность власти, по словам Аузана, падала.
— 2014–2018 годы. Власть предложила обществу, желающему нематериальных ценностей, идею «сверхдержавы», которая устроила большинство населения. Реальные располагаемые доходы начали падать, а поддержка власти — расти. «Люди разменяли свои материальные страсти на ощущение принадлежности к мощной державе: Крым, Донбасс, Ливия, Сирия, Венесуэла», — пояснил Аузан.
— 2018–2022 годы. Кризис общественного договора, вызванный пенсионной реформой, поднявшей пенсионный возраст до 60 лет для женщин и до 65 лет для мужчин.
По словам Азуана, в прошлом году на фоне «жестких переговоров с Западом» и начала специальной военной операции на Украине в России восстановился «геополитический брак» общества и власти.
Обновленный общественный договор характеризуется тем, что доходы населения не падают. Аузан объясняет это тем, что бюджетные средства вкладываются в расширение оборонно-промышленного комплекса, дают рабочие места. Помимо роста оборонной промышленности на рост доходов в регионах влияют и выплаты военнослужащим по контракту, и компенсации раненым и погибшим.
«Поэтому это общественный договор. Это обмен, который поддержан в данном случае и материально. Хотя понятно, что это мотивирование стоит на возможностях бюджета. Пока у бюджета есть возможность это финансировать, то есть рабочие места, спрос. А вот долго ли будет, это проблема», — сказал экономист.
Зарплаты, по мнению Аузана, будут продолжать расти, поскольку, с одной стороны, растет спрос за счет разрастания ОПК, с другой — есть дефицит кадров за счет демографических причин (сейчас пришло «узкое поколение») и отъезда специалистов за рубеж.
По мнению эксперта, изменение российских реалий экономической географии за счет подъема в регионах ВПК во многом реализует запрос общества на справедливость.
«Давайте признаем, что 30 лет постсоветского развития значительная бóльшая часть страны, вообще говоря, практически ничего не получила. Бурное развитие шло в мегаполисах, нефтяных регионах, в тех, кто связан с добычей, экспортом сырья, но прежде всего в мегаполисах», — сказал он.
Теперь же мегаполисы переживают трудности.
«А для той части страны, которая ничего не имела, это праздник, потому что не только появились возможности, работа, заработки — их вернули в мировую историю, они же участвуют в схватке добра и зла на мировом уровне. Их же пригласили к решению главных вопросов исторического развития», — отметил экономист.
Выступление Аузана можно свести к одному предложению: СВО как драйвер российской экономики и фундамент нового общественного договора, или выбор «пушки вместо масла» в парадигме экономиста Пола Самуэльсона. В короткой перспективе это работает, но на длинной дистанции заканчивается плачевно для экономике, и опыт СССР тому пример, уважаемые читатели.