Потепление в отношениях США и Венесуэлы, как и ожидалось, быстро оказалось под угрозой. Причем сразу по ряду причин. Первая причина — США требуют соблюдения прежних договоренностей о допуске до выборов всех оппозиционных лидеров, ну и бонусом — освободить неких трех граждан США, содержащихся в Венесуэле под стражей Вполне возможно, в том числе участников случившейся четыре года назад попытки свержения президента Венесуэлы Николаса Мадуро в пользу проамериканского экс-спикера законодательного собрания страны и лидера оппозиции Хуана Гуайдо?
Мадуро же, понимая, что венесуэльская нефть американцам нужна, а за нее сейчас вовсю борются с традиционными покупателями из Китая индийцы, постоянно пытающиеся балансировать между санкциями и выгодой, заявил, что требует окончательной отмены всех санкций и не менее.
Но это первая причина, выглядящая больше обменом формальными требованиями. На деле Мадуро как-то серьезно расправил плечи в регионе: вчерашние заявления о столкновениях Венесуэлы и Гайаны пока выглядят вбросом, но ситуация довольно серьезная.
На запланированном на 3 декабря консультативном референдуме граждане Венесуэлы должны ответить на пять вопросов, последний из которых гласит:
Проще говоря — Каракас хочет вернуть в родную гавань дорогой сердцу каждого венесуэльца штат Эссекибо, занимающий более двух третей территории соседней Гайаны. Территориальный спор длится более ста лет, но удивительным образом обострился в последнее время в связи с открытием в 2015 году нефтяных месторождений, содержащих как минимум 10 млрд баррелей нефти, и предоставлением Гайаной концессии компании ExxonMobil на нефтедобычу на шельфе, границы которого не делимитированы. Сразу же, как мы видим, в душе каждого венесуэльца колоколом забилась фраза «Эссекибо это Венесуэла!».
В Гайану уже засобиралась, по некоторым сведениям, делегация из Пентагона, плюс буквально через дорогу с интересом ждет развития событий Бразилия— одним словом, ситуация напряженная. В такое горячее время вернуть санкции обратно — минутное дело, почему, собственно, добычу в Венесуэле и не могут существенно нарастить: ни один серьезный инвестор в этот бардак не пойдет.
Запасаемся гольфеадо (golfeado) и кокуем (cocuy), уважаемые читатели, и внимательно следим за развитием событий.
Мадуро же, понимая, что венесуэльская нефть американцам нужна, а за нее сейчас вовсю борются с традиционными покупателями из Китая индийцы, постоянно пытающиеся балансировать между санкциями и выгодой, заявил, что требует окончательной отмены всех санкций и не менее.
Но это первая причина, выглядящая больше обменом формальными требованиями. На деле Мадуро как-то серьезно расправил плечи в регионе: вчерашние заявления о столкновениях Венесуэлы и Гайаны пока выглядят вбросом, но ситуация довольно серьезная.
На запланированном на 3 декабря консультативном референдуме граждане Венесуэлы должны ответить на пять вопросов, последний из которых гласит:
«Согласны ли вы с созданием штата Гайана-Эссекибо, разработкой ускоренного плана комплексного обслуживания нынешнего и будущего населения этой территории, что включает также предоставление гражданства и венесуэльского удостоверения личности в соответствии с Женевским соглашением и международным правом и приведет к включению указанного штата в состав территории Венесуэлы?»
Проще говоря — Каракас хочет вернуть в родную гавань дорогой сердцу каждого венесуэльца штат Эссекибо, занимающий более двух третей территории соседней Гайаны. Территориальный спор длится более ста лет, но удивительным образом обострился в последнее время в связи с открытием в 2015 году нефтяных месторождений, содержащих как минимум 10 млрд баррелей нефти, и предоставлением Гайаной концессии компании ExxonMobil на нефтедобычу на шельфе, границы которого не делимитированы. Сразу же, как мы видим, в душе каждого венесуэльца колоколом забилась фраза «Эссекибо это Венесуэла!».
В Гайану уже засобиралась, по некоторым сведениям, делегация из Пентагона, плюс буквально через дорогу с интересом ждет развития событий Бразилия— одним словом, ситуация напряженная. В такое горячее время вернуть санкции обратно — минутное дело, почему, собственно, добычу в Венесуэле и не могут существенно нарастить: ни один серьезный инвестор в этот бардак не пойдет.
Запасаемся гольфеадо (golfeado) и кокуем (cocuy), уважаемые читатели, и внимательно следим за развитием событий.