The Economist заметил ипотечный пузырь на российском рынке и вот что пишет по этому поводу:
Советская антикапиталистическая пропаганда, которая объявляла кредиты непосильным бременем, до сих пор эффективна. Даже после падения коммунизма россияне по-прежнему называли ипотеку «долговым рабством», предпочитая откладывать деньги до тех пор, пока не смогут купить свое жилье напрямую. Владимир Путин потратил 20 лет, пытаясь убедить своих граждан изменить точку зрения. В 2003 году, во время своего первого президентского срока, он объяснил, что ипотека может помочь решить «острую жилищную проблему», стоящую перед россиянами. Тогда его призыв не был услышан, но с годами ситуация поменялась. И все, что для этого потребовалось — это большая доза этатизма.
За последние несколько лет число россиян, берущих ипотеки, резко возросло благодаря щедрой программе государственных субсидий на новостройки. Однако Владимир Владимирович, возможно, получил больше, чем рассчитывал. Щедрость госсубсидий подогрела и без того горячий рынок недвижимости, в результате чего цены на жилье взлетели до небес.
В 2020 году, когда Россию охватил Covid, появились привлекательные льготы для покупки новостороек. Сначала банки предлагали соискателям льготную ставку в размере около 6%, что примерно на 2 пункта ниже рыночной. Затем аналогичные скидки, которые ранее были доступны только семьям, были предложены IT-шникам и людям, переезжающим на Дальний Восток и Крайний Север. Тем не менее, объемы ипотеки не начали по-настоящему расти до тех пор, пока экономика России не перешла на военные рельсы. В прошлом году банки выдали ипотек на сумму ₽7,7 трлн ($88 млрд, или 4% от ВВП) по сравнению с общим объемом в ₽4,3 трлн в 2020 году. Большинство из них были поддержаны госсубсидиями.
Это означает, что россиянам не хватает инвестиционных ресурсов: санкции давят на фондовый рынок, а валютный контроль затрудняет перевод денег за границу. Инфляция, которая взлетела к середине 2023 года, также сыграла свою роль — и не только потому, что дала россиянам стимул вкладывать деньги в стены. Когда Центральный банк России начал повышать процентные ставки, привлекательность схемы возросла. Поскольку ЦБ повысил базовую ставку до 16%, правительство сохранило льготную ставку на низком уровне, повысив ее всего до 8%. В июне существовал разрыв более чем в 10 процентных пунктов между государственной ставкой и рыночной ставкой по ипотеке.
Как следствие, Кремль оплачивает солидный счет — Министерство финансов уже потратило на эту схему почти ₽500 млрд. Расходы вскоре могут вырасти еще больше, если, как ожидает большинство аналитиков, ЦБ повысит ставки до 18% 26 июля. Бум субсидируемых кредитов также вызвал жилищный пузырь. В прошлом году было построено 110 млн квадратных метров жилья по сравнению со средним показателем всего 59 млн в год после распада СССР.
В то же время цены стремительно растут. Фонд «Институт экономики города» подсчитал, что в период с 2020 по 2023 год цены на жилье в крупнейших городах выросли на 172%. Глава ЦБ Эльвира Набиуллина напугана — она обвинила государственные субсидии в «перегреве» рынка жилья и заявила, что они будут представлять «проинфляционный риск», если Кремлю не удастся их сократить.
Под давлением ЦБ и Минфина Кремль отменил большую часть льгот на ипотеки и повысил и повысил первоначальный взнос с 20% до 30%. Ожидается, что количество новых ипотек может сократиться примерно на 50% во второй половине года.
В результате пострадает строительная отрасль. Пострадают и банки, которые получили рекордную прибыль благодаря быстрому росту ипотечных портфелей. Однако на данный момент рынок жилья, похоже, сумеет избежать краха. По мнению экспертов, замедление «и, возможно, стагнация» более вероятны, чем значительное падение цен. Военная экономика России, в которой наблюдался стремительный рост зарплат, все же может оказаться способной поддерживать устойчивый рынок недвижимости даже в условиях повышения ставок и сокращения госсубсидий.
Советская антикапиталистическая пропаганда, которая объявляла кредиты непосильным бременем, до сих пор эффективна. Даже после падения коммунизма россияне по-прежнему называли ипотеку «долговым рабством», предпочитая откладывать деньги до тех пор, пока не смогут купить свое жилье напрямую. Владимир Путин потратил 20 лет, пытаясь убедить своих граждан изменить точку зрения. В 2003 году, во время своего первого президентского срока, он объяснил, что ипотека может помочь решить «острую жилищную проблему», стоящую перед россиянами. Тогда его призыв не был услышан, но с годами ситуация поменялась. И все, что для этого потребовалось — это большая доза этатизма.
За последние несколько лет число россиян, берущих ипотеки, резко возросло благодаря щедрой программе государственных субсидий на новостройки. Однако Владимир Владимирович, возможно, получил больше, чем рассчитывал. Щедрость госсубсидий подогрела и без того горячий рынок недвижимости, в результате чего цены на жилье взлетели до небес.
В 2020 году, когда Россию охватил Covid, появились привлекательные льготы для покупки новостороек. Сначала банки предлагали соискателям льготную ставку в размере около 6%, что примерно на 2 пункта ниже рыночной. Затем аналогичные скидки, которые ранее были доступны только семьям, были предложены IT-шникам и людям, переезжающим на Дальний Восток и Крайний Север. Тем не менее, объемы ипотеки не начали по-настоящему расти до тех пор, пока экономика России не перешла на военные рельсы. В прошлом году банки выдали ипотек на сумму ₽7,7 трлн ($88 млрд, или 4% от ВВП) по сравнению с общим объемом в ₽4,3 трлн в 2020 году. Большинство из них были поддержаны госсубсидиями.
Это означает, что россиянам не хватает инвестиционных ресурсов: санкции давят на фондовый рынок, а валютный контроль затрудняет перевод денег за границу. Инфляция, которая взлетела к середине 2023 года, также сыграла свою роль — и не только потому, что дала россиянам стимул вкладывать деньги в стены. Когда Центральный банк России начал повышать процентные ставки, привлекательность схемы возросла. Поскольку ЦБ повысил базовую ставку до 16%, правительство сохранило льготную ставку на низком уровне, повысив ее всего до 8%. В июне существовал разрыв более чем в 10 процентных пунктов между государственной ставкой и рыночной ставкой по ипотеке.
Как следствие, Кремль оплачивает солидный счет — Министерство финансов уже потратило на эту схему почти ₽500 млрд. Расходы вскоре могут вырасти еще больше, если, как ожидает большинство аналитиков, ЦБ повысит ставки до 18% 26 июля. Бум субсидируемых кредитов также вызвал жилищный пузырь. В прошлом году было построено 110 млн квадратных метров жилья по сравнению со средним показателем всего 59 млн в год после распада СССР.
В то же время цены стремительно растут. Фонд «Институт экономики города» подсчитал, что в период с 2020 по 2023 год цены на жилье в крупнейших городах выросли на 172%. Глава ЦБ Эльвира Набиуллина напугана — она обвинила государственные субсидии в «перегреве» рынка жилья и заявила, что они будут представлять «проинфляционный риск», если Кремлю не удастся их сократить.
Под давлением ЦБ и Минфина Кремль отменил большую часть льгот на ипотеки и повысил и повысил первоначальный взнос с 20% до 30%. Ожидается, что количество новых ипотек может сократиться примерно на 50% во второй половине года.
В результате пострадает строительная отрасль. Пострадают и банки, которые получили рекордную прибыль благодаря быстрому росту ипотечных портфелей. Однако на данный момент рынок жилья, похоже, сумеет избежать краха. По мнению экспертов, замедление «и, возможно, стагнация» более вероятны, чем значительное падение цен. Военная экономика России, в которой наблюдался стремительный рост зарплат, все же может оказаться способной поддерживать устойчивый рынок недвижимости даже в условиях повышения ставок и сокращения госсубсидий.