Предлагаемое властями ЕС использование замороженных российских активов для выдачи кредитов Украине может быть воспринято за пределами Европы как «конфискация» и нанесет ущерб инвестиционному климату в ЕС. Об этом пишет глава международного депозитария Euroclear Валери Урбен в письме руководству ЕС, оказавшемся в распоряжении Financial Times.
В письме говорится, что использование этих средств для так называемых репарационных кредитов Украине может повредить привлекательности европейских финансовых рынков и инвестиционному климату в Европе. По мнению госпожи Урбен, это может привести, в частности, к росту стоимости кредитования для всех стран-членов ЕС.
Ранее Euroclear, в котором хранятся замороженные российские активы на €193 млрд, уже заявлял, что готов оспаривать решение ЕС о конфискации этих активов в суде.
Валери Урбен прекрасно понимает, о чем говорит: сейчас на балансе Euroclear хранятся активы на сумму около €37 трлн. В случае, если российские активы будут изъяты, доверие к депозитарию со стороны других держателей упадет, а это, в свою очередь, вызовет кризис ликвидности: спреды (разница между доходностью и базовой ставкой) по европейскому суверенному долгу вырастут, а кредитование государств станет заметно дороже. Ущерб может исчисляться десятками миллиардов евро, которые странам-участница ЕС придется покрывать из собственных бюджетов. В результате увеличения затрат на обслуживание долга правительствам европейских стран придется резко сократить расходы на социальные и инфраструктурные проекты, а это, в свою очередь, вызовет крайнее недовольство избирателей.
Кроме того, крупные институциональные инвесторы, пенсионные фонды, центральные банки стран, которые держат активы в европейской финансовой системе, могут уйти из еврозоны в более безопасные юрисдикции. Это станет мощным ударом по европейским компаниям: сократиться объем инвестиций в европейский бизнес, уменьшится количество реализуемых проектов, вырастет стоимость заемных средств — в результате и без того испытывающие трудности национальные экономики могут просто загнуться. Как следствие — замедление роста ВВП, сокращение налоговых поступлений в бюджет, безработица, падение уровня жизни, отказ от социалки и другие малоприятные для европейских обывателей события, которые могут вылиться в масштабный политический и экономический кризис Еврозоны.
Больше всех пострадает сама Бельгия, которая сейчас получает огромные налоги с прибыли, которую генерируют замороженные российские активы. В 2023-2024 годах русские деньги принесли в бюджет страны миллиарды евро. Не будет российских активов — бюджет Бельгии останется без миллиардов налоговых поступлений с них, а закрыть эту дыру правительству нечем.
Поэтому нет ничего удивительного в том, что Бельгия — пока через Euroclear — дает понять «коалиции желающих» распилить «замороженные» российские активы, что не готова вписываться в заведомо провальные проект, уважаемые читатели.
В письме говорится, что использование этих средств для так называемых репарационных кредитов Украине может повредить привлекательности европейских финансовых рынков и инвестиционному климату в Европе. По мнению госпожи Урбен, это может привести, в частности, к росту стоимости кредитования для всех стран-членов ЕС.
Ранее Euroclear, в котором хранятся замороженные российские активы на €193 млрд, уже заявлял, что готов оспаривать решение ЕС о конфискации этих активов в суде.
Валери Урбен прекрасно понимает, о чем говорит: сейчас на балансе Euroclear хранятся активы на сумму около €37 трлн. В случае, если российские активы будут изъяты, доверие к депозитарию со стороны других держателей упадет, а это, в свою очередь, вызовет кризис ликвидности: спреды (разница между доходностью и базовой ставкой) по европейскому суверенному долгу вырастут, а кредитование государств станет заметно дороже. Ущерб может исчисляться десятками миллиардов евро, которые странам-участница ЕС придется покрывать из собственных бюджетов. В результате увеличения затрат на обслуживание долга правительствам европейских стран придется резко сократить расходы на социальные и инфраструктурные проекты, а это, в свою очередь, вызовет крайнее недовольство избирателей.
Кроме того, крупные институциональные инвесторы, пенсионные фонды, центральные банки стран, которые держат активы в европейской финансовой системе, могут уйти из еврозоны в более безопасные юрисдикции. Это станет мощным ударом по европейским компаниям: сократиться объем инвестиций в европейский бизнес, уменьшится количество реализуемых проектов, вырастет стоимость заемных средств — в результате и без того испытывающие трудности национальные экономики могут просто загнуться. Как следствие — замедление роста ВВП, сокращение налоговых поступлений в бюджет, безработица, падение уровня жизни, отказ от социалки и другие малоприятные для европейских обывателей события, которые могут вылиться в масштабный политический и экономический кризис Еврозоны.
Больше всех пострадает сама Бельгия, которая сейчас получает огромные налоги с прибыли, которую генерируют замороженные российские активы. В 2023-2024 годах русские деньги принесли в бюджет страны миллиарды евро. Не будет российских активов — бюджет Бельгии останется без миллиардов налоговых поступлений с них, а закрыть эту дыру правительству нечем.
Поэтому нет ничего удивительного в том, что Бельгия — пока через Euroclear — дает понять «коалиции желающих» распилить «замороженные» российские активы, что не готова вписываться в заведомо провальные проект, уважаемые читатели.