Глава «ВТБ» Андрей Костин предложил ввести порядок расчетов за нефть с Индией — одним из ее крупнейших импортеров. По этой схеме платежи должны идти через уполномоченные банки, а рупии затем конвертироваться в юани. Это позволит, с одной стороны, упростить расчеты, а с другой — решить проблему накопленных в стране рупий, вырученных от продажи российских энергоресурсов.
Согласно плану, платежи будут проводиться через уполномоченные банки, включая «ВТБ Индия», с последующей конвертацией рупий в юани через «замкнутый контур» с участием «ВТБ Шанхай».
Торговый дисбаланс у РФ и Индией катастрофический — около $60 млрд долларов только за прошлый финансовый год. И все бы ничего — но этот перекос зависает в неконвертируемых рупиях, которые России не нужны. Идея использовать для расчетов юань не нова — еще в 2022 году Россия ее предлагала, но Индия категорически против: для нее это дополнительное усиление Китая, с которым она борется за доминирование в регионе. Более того — по сути это признание поражения в этой борьбе. С чего бы вдруг Индии согласиться теперь — не очень понятно, но очевидно, что во многом именно этому и посвящен визит Путина к Моди.
На эту схему, если она подтвердит свою работоспособность, может перейти и весь остальной подсанкционный экспорт России, превратив китайский юань в важную мировую расчетную валюту, особенно внутри БРИКС. Профит Китая тут очевиден, профит России — ну, в данной ситуации нужно же как-то выходить из положения, а вот что с этого имеет Индия? Мы что, пригрозим им прекращением поставок нефти? Как будто у нас очередь из крупных импортеров стоит.
Если Моди согласится на эту схему, то главным вопросом будет — как мы его уговорили, уважаемые читатели.
Согласно плану, платежи будут проводиться через уполномоченные банки, включая «ВТБ Индия», с последующей конвертацией рупий в юани через «замкнутый контур» с участием «ВТБ Шанхай».
Торговый дисбаланс у РФ и Индией катастрофический — около $60 млрд долларов только за прошлый финансовый год. И все бы ничего — но этот перекос зависает в неконвертируемых рупиях, которые России не нужны. Идея использовать для расчетов юань не нова — еще в 2022 году Россия ее предлагала, но Индия категорически против: для нее это дополнительное усиление Китая, с которым она борется за доминирование в регионе. Более того — по сути это признание поражения в этой борьбе. С чего бы вдруг Индии согласиться теперь — не очень понятно, но очевидно, что во многом именно этому и посвящен визит Путина к Моди.
На эту схему, если она подтвердит свою работоспособность, может перейти и весь остальной подсанкционный экспорт России, превратив китайский юань в важную мировую расчетную валюту, особенно внутри БРИКС. Профит Китая тут очевиден, профит России — ну, в данной ситуации нужно же как-то выходить из положения, а вот что с этого имеет Индия? Мы что, пригрозим им прекращением поставок нефти? Как будто у нас очередь из крупных импортеров стоит.
Если Моди согласится на эту схему, то главным вопросом будет — как мы его уговорили, уважаемые читатели.