Президент США Дональд Трамп продвигает идею создания новой международной структуры — так называемого Совета Мира (Board of Peace), который, по его замыслу должна стать альтернативой ООН. Об этом сообщает Bloomberg со ссылкой на проект устава организации, оказавшийся в распоряжении издания.
Согласно замыслу, войти в Совет Мира смогут страны, готовые заплатить взнос в размере $1 млрд, а сам Трамп займет пост первого председателя и будет единолично решать, кого приглашать в члены и какие решения утверждать. Официально новая структура позиционируется как международная платформа для содействия стабильности, восстановления «надежного и законного» управления и обеспечения долгосрочного мира в зонах конфликтов или потенциальных конфликтов.
Формально проект подается как ответ на кризис эффективности существующих международных институтов, прежде всего ООН, которая все чаще критикуется за неспособность предотвращать конфликты и достигать консенсуса между ключевыми державами.
По сути, Дональд Трамп пытается приватизировать право на обеспечение мира безопасности на планете. Он предлагает отказаться от громоздкой и бюрократической модели ООН и заменить ее бизнес-структурой, где влияние прямо пропорционально вложенному капиталу. «Входной билет» в этот клуб ценой в $1 млрд отсекает «лишних» игроков: сейчас небольшие страны имеют в ООН имеют такой же голос, как и сверхдержавы («одна страна — один голос» в Генассамблее), в Совете Мира право принимать решения будет только у «мажоритарных акционеров» — стран глобального Запада, Китая, Японии, монархий Залива, России.
Кроме того, меняется сама структура принятия решений: на решения нынешнего Совет Безопасности ООН может быть наложено вето пятью постоянными членами СБ: Великобританией, Китаем, Россией, США и Францией. В рамках продвигаемого Трампом института окончательное решение принимает один человек — держатель «золотой акции» в должности председателя Совета.
Дональд Трамп делает с геополитикой то, что он всю жизнь делал с недвижимостью: превращает ее в элитный закрытый клуб с жесткими правилами и членскими взносами. Мир в его интерпретации перестает быть общим правилом или коллективной ценностью и начинает работать как бизнес-проект: есть «акционеры», которые платят за участие, и есть управляющий, который решает, кто и на каких условиях получает доступ к «стабильности».
Однако проблема этой модели заключается в том, что как только мир превращается в товар с ценником, он начинает подчиняется законам рынка. Кто платит — тот и заказывает музыку, а значит, война, санкции и нестабильность из трагедии автоматически становятся удобным инструментом решения проблем, а конфликты становится выгоднее не предотвращать, а монетизировать.
Мы одновременно все глубже погружаемся в мир антиутопий, уважаемые читатели.
Согласно замыслу, войти в Совет Мира смогут страны, готовые заплатить взнос в размере $1 млрд, а сам Трамп займет пост первого председателя и будет единолично решать, кого приглашать в члены и какие решения утверждать. Официально новая структура позиционируется как международная платформа для содействия стабильности, восстановления «надежного и законного» управления и обеспечения долгосрочного мира в зонах конфликтов или потенциальных конфликтов.
Формально проект подается как ответ на кризис эффективности существующих международных институтов, прежде всего ООН, которая все чаще критикуется за неспособность предотвращать конфликты и достигать консенсуса между ключевыми державами.
По сути, Дональд Трамп пытается приватизировать право на обеспечение мира безопасности на планете. Он предлагает отказаться от громоздкой и бюрократической модели ООН и заменить ее бизнес-структурой, где влияние прямо пропорционально вложенному капиталу. «Входной билет» в этот клуб ценой в $1 млрд отсекает «лишних» игроков: сейчас небольшие страны имеют в ООН имеют такой же голос, как и сверхдержавы («одна страна — один голос» в Генассамблее), в Совете Мира право принимать решения будет только у «мажоритарных акционеров» — стран глобального Запада, Китая, Японии, монархий Залива, России.
Кроме того, меняется сама структура принятия решений: на решения нынешнего Совет Безопасности ООН может быть наложено вето пятью постоянными членами СБ: Великобританией, Китаем, Россией, США и Францией. В рамках продвигаемого Трампом института окончательное решение принимает один человек — держатель «золотой акции» в должности председателя Совета.
Дональд Трамп делает с геополитикой то, что он всю жизнь делал с недвижимостью: превращает ее в элитный закрытый клуб с жесткими правилами и членскими взносами. Мир в его интерпретации перестает быть общим правилом или коллективной ценностью и начинает работать как бизнес-проект: есть «акционеры», которые платят за участие, и есть управляющий, который решает, кто и на каких условиях получает доступ к «стабильности».
Однако проблема этой модели заключается в том, что как только мир превращается в товар с ценником, он начинает подчиняется законам рынка. Кто платит — тот и заказывает музыку, а значит, война, санкции и нестабильность из трагедии автоматически становятся удобным инструментом решения проблем, а конфликты становится выгоднее не предотвращать, а монетизировать.
Мы одновременно все глубже погружаемся в мир антиутопий, уважаемые читатели.