Как известно, спорт высоких достижений зависит не только от природных качеств спортсменов, но является также результатом вложенных средств. Аналогичная ситуация сложилась и в образовании. Я бы не хотел сейчас касаться неформальной стороны вопроса, а именно незаконных решений проблем с призерством во всероссийских олимпиадах. Это дело правоохранительных органов, если, разумеется, такие случаи имели место. Речь идет о том, что на сегодняшний день в нашей стране сложился вполне себе высокомаржинальный бизнес по подготовке к ЕГЭ и отдельный достаточно закрытый рынок по индивидуальной подготовке и сопровождению участия школьников в олимпиадном движении.
Наверное, с точки зрения самореализации талантливых педагогов-репетиторов такая ситуация неплоха и позволяет стать востребованным и материально успешным тем, кто по разным причинам не нашел себя в области формального образования (школы, вузы). Однако если мы посмотрим на вопрос с другой стороны, то увидим уже сложившуюся дифференциацию абитуриентов не столько по интеллектуальному, сколько по материальному признаку. И эта ситуация, по моему мнению, в скором времени достигнет апогея, когда действительно талантливые ребята, семьи которых не обладают достаточными материальными ресурсами, просто не смогут конкурировать с теми, кто имел возможность индивидуальной подготовки.
Отдельно стоит отметить наличие дифференциации и внутри этого «спорта (образования) высоких достижений». Если специалистов по высокоуровневой подготовке к ЕГЭ в рамках нашей страны можно насчитать примерно чуть больше тысячи человек, то педагогов, способных подготовить победителей или хотя бы призеров олимпиад I или II уровня, в разы меньше. Таким образом, для отдельно взятого педагога-репетитора рынок подготовки к олимпиадам является более высокомаржинальным. Обоснование этому факту налицо — в реальной конкуренции приемной кампании — 2026, выражаясь шахматной терминологией, «олимпиадник начинает (подготовку) раньше и бьет 300-балльника».