🇦🇲 Как реагирует на происходящее общественное мнение Армении?
По-разному. На то есть несколько причин.
Первая - это постоянно изменяющаяся позиция рассредоточенной по миру армянской диаспоры. И если армяне, живущие на постсоветском пространстве чаще всего занимают пророссийскую позицию, то живущие в западных странах влиятельные армянские сообщества привносят в повестку «особое мнение». Не переходя (за редким исключением) на откровенно антироссийские позиции, армяне, проживающие на Западе, всё активнее продвигают в информационном пространстве идеи о необходимости переориентировать приоритеты сотрудничества с постсоветского пространства на Европу и Америку.
Вторая причина - это постоянное воздействие на национальные общественные группы западной «мягкой силы», кардинальным образом поменявшей в последние годы политический дискурс в стране и создавшей разнообразие мнений даже по тем пунктам повестки, по которым существовал незыблемый общеармянский консенсус. Фрагментированная общественная позиция позволила провести то, что ещё недавно практические единодушно считалось в самой Армении и среди представителей армянских диаспор за рубежом национальным предательством - передачу Нагорного Карабаха Азербайджану.
Однако первым очевидным результатом действия в Армении западной «мягкой силы» стала «бархатная революция» 2018 года, в результате которой к власти пришёл Никол Пашинян. Наличие у страны такого лидера - это третья причина НЕвынужденного разнообразия точек зрения в армянском политикуме. Уже сейчас Пашиняна можно смело ставить в один ряд с такими мастодонтами политического эквилибра, как Генри Киссинджер, Александр Лукашенко или, скажем, Биби Нетаньяху. Находясь не просто между молотом и наковальней, а руководя системой, которая только из них и состоит, Пашинян умудряется и власть сохранить, и обществу не дать консолидироваться, и бунта не допустить. В качестве руководителя Армении, который умеет и интерес партнёра учесть, и не дать системе, которой он управляет, пойти вразнос он в настоящий момент в наибольшей степени устраивает и Россию, и Запад.
Ситуацию динамического равновесия, в котором Армения пребывает в настоящий момент, нельзя назвать стабильной. Переход страны из стана союзников в противоположный в результате смены власти или переориентации самого Никола Пашиняна маловероятен (а по мнению большинства моих армянских коллег - невозможен в принципе). В равной степени не просматривается и противоположная ситуация - превращение Армении в «Кавказскую Беларусь». Наибольшую опасность для России представляет сценарий, при котором местные радикалы вместе с мотивированными извне российскими релокантами попытаются дестабилизировать обстановку изнутри. При этом лозунги, под которыми могут проходить возможные беспорядки, будут вторичны по отношению к самому факту народных волнений. Недопущение такого сценария должно стать целью работы российских внешнеполитических и специальных служб. От того, насколько качественно они будут выполнять свои функции и эффективно решать задачи, зависит, полыхнёт ли на Южном Кавказе.
Весь материал - здесь
По-разному. На то есть несколько причин.
Первая - это постоянно изменяющаяся позиция рассредоточенной по миру армянской диаспоры. И если армяне, живущие на постсоветском пространстве чаще всего занимают пророссийскую позицию, то живущие в западных странах влиятельные армянские сообщества привносят в повестку «особое мнение». Не переходя (за редким исключением) на откровенно антироссийские позиции, армяне, проживающие на Западе, всё активнее продвигают в информационном пространстве идеи о необходимости переориентировать приоритеты сотрудничества с постсоветского пространства на Европу и Америку.
Вторая причина - это постоянное воздействие на национальные общественные группы западной «мягкой силы», кардинальным образом поменявшей в последние годы политический дискурс в стране и создавшей разнообразие мнений даже по тем пунктам повестки, по которым существовал незыблемый общеармянский консенсус. Фрагментированная общественная позиция позволила провести то, что ещё недавно практические единодушно считалось в самой Армении и среди представителей армянских диаспор за рубежом национальным предательством - передачу Нагорного Карабаха Азербайджану.
Однако первым очевидным результатом действия в Армении западной «мягкой силы» стала «бархатная революция» 2018 года, в результате которой к власти пришёл Никол Пашинян. Наличие у страны такого лидера - это третья причина НЕвынужденного разнообразия точек зрения в армянском политикуме. Уже сейчас Пашиняна можно смело ставить в один ряд с такими мастодонтами политического эквилибра, как Генри Киссинджер, Александр Лукашенко или, скажем, Биби Нетаньяху. Находясь не просто между молотом и наковальней, а руководя системой, которая только из них и состоит, Пашинян умудряется и власть сохранить, и обществу не дать консолидироваться, и бунта не допустить. В качестве руководителя Армении, который умеет и интерес партнёра учесть, и не дать системе, которой он управляет, пойти вразнос он в настоящий момент в наибольшей степени устраивает и Россию, и Запад.
Ситуацию динамического равновесия, в котором Армения пребывает в настоящий момент, нельзя назвать стабильной. Переход страны из стана союзников в противоположный в результате смены власти или переориентации самого Никола Пашиняна маловероятен (а по мнению большинства моих армянских коллег - невозможен в принципе). В равной степени не просматривается и противоположная ситуация - превращение Армении в «Кавказскую Беларусь». Наибольшую опасность для России представляет сценарий, при котором местные радикалы вместе с мотивированными извне российскими релокантами попытаются дестабилизировать обстановку изнутри. При этом лозунги, под которыми могут проходить возможные беспорядки, будут вторичны по отношению к самому факту народных волнений. Недопущение такого сценария должно стать целью работы российских внешнеполитических и специальных служб. От того, насколько качественно они будут выполнять свои функции и эффективно решать задачи, зависит, полыхнёт ли на Южном Кавказе.
Весь материал - здесь