📉 Тимур Иртуганов: производство мебели в России продолжает снижаться в натуральном выражении
О ситуации в мебельной промышленности и ее влиянии на смежные отрасли рассказал Тимур Иртуганов, генеральный директор Ассоциации предприятий мебельной и деревообрабатывающей промышленности России (АМДПР), выступая на Лесопромышленном форуме в Санкт-Петербурге.
Собрали основные тезисы выступления.
🔹 Рост в рублях больше не означает рост производства. С 2025 года положительная динамика в денежном выражении связана прежде всего с повышением цен. В натуральном выражении производство мебели ушло в минус, и снижение продолжается в 2026 году.
🔹 Мебель занимает около 21% в структуре производства ЛПК. Еще несколько лет назад ее доля не превышала 10%. При этом на объемы лесозаготовки мебельное производство практически не влияет — значительно сильнее его связь с производством древесных плит.
🔹 Мебельный рынок сильно зависит от стоимости денег. По словам Тимура Иртуганова, динамика производства практически зеркально реагирует на уровень ключевой ставки. Доступных денег на рынке по-прежнему мало, что сдерживает спрос.
🔹 Снижение производства мебели отражается на выпуске ДСП и ДВП. Мебельщики остаются важными потребителями древесных плит, поэтому сокращение спроса передается смежному производству.
🔹 Еще один фактор давления — стоимость сырья. В частности, при двукратном росте цены карбамида себестоимость производства ДСП может увеличиваться минимум на 25–30%.
«Деловая пилорама» — всё о мебели и деревообработке
О ситуации в мебельной промышленности и ее влиянии на смежные отрасли рассказал Тимур Иртуганов, генеральный директор Ассоциации предприятий мебельной и деревообрабатывающей промышленности России (АМДПР), выступая на Лесопромышленном форуме в Санкт-Петербурге.
Собрали основные тезисы выступления.
🔹 Рост в рублях больше не означает рост производства. С 2025 года положительная динамика в денежном выражении связана прежде всего с повышением цен. В натуральном выражении производство мебели ушло в минус, и снижение продолжается в 2026 году.
🔹 Мебель занимает около 21% в структуре производства ЛПК. Еще несколько лет назад ее доля не превышала 10%. При этом на объемы лесозаготовки мебельное производство практически не влияет — значительно сильнее его связь с производством древесных плит.
🔹 Мебельный рынок сильно зависит от стоимости денег. По словам Тимура Иртуганова, динамика производства практически зеркально реагирует на уровень ключевой ставки. Доступных денег на рынке по-прежнему мало, что сдерживает спрос.
🔹 Снижение производства мебели отражается на выпуске ДСП и ДВП. Мебельщики остаются важными потребителями древесных плит, поэтому сокращение спроса передается смежному производству.
🔹 Еще один фактор давления — стоимость сырья. В частности, при двукратном росте цены карбамида себестоимость производства ДСП может увеличиваться минимум на 25–30%.
💭 По словам Тимура Иртуганова, несмотря на различия между отдельными направлениями, лесопромышленный комплекс остается единой системой. Поэтому одна из ключевых задач — развивать технологии и кооперацию внутри ЛПК, повышая его устойчивость к внешним факторам.
«Деловая пилорама» — всё о мебели и деревообработке