Мой самый первый опыт психотерапии
…был очень странным, но мне хочется о нём рассказать.
Это было почти 20 лет назад, я учился в медицинском, и как раз со мной происходило то, что в студенческой среде называлось «болезнь третьего курса». Когда ты уже знаешь очень много о болезнях, страдании и ликах смерти, но еще ничего не знаешь о совладании с экзистенциальным ужасом.
В общем, у меня было очень много тревоги, в первую очередь о здоровье, с прислушиванием к своему сердцу и несколькими паническими приступами.
Я пошёл обследоваться в поликлинику, откуда меня на всякий случай направили в кардиологический диспансер. И после обследования кардиолог рекомендовал мне на базе этого диспансера обратиться к психотерапевту.
Это было довольно прогрессивное учреждение в середине 2000-х, и у них было два психотерапевтических кабинета и даже комната релаксации с кожаными креслами.
Психотерапевт была очень доброжелательной. Очень плохо разбиралась в лекарствах, но назначила ноотропы и даже дала одну таблетку сонапакса) Она подолгу молчала и всматривалась в меня своими широко раскрытыми глазами. Потом задавала много разрозненных вопросов, на которые я честно отвечал, не понимая, зачем. Она делала комментарии – вроде бы резюмирующие, но я не улавливал, что именно они резюмируют. Это были скорее интерпретации, чем объяснения. Что-то про родителей, что-то про меня.
Я также заполнял несколько тестов на компьютере в отдельной комнатке.
Сеансы были не нормированы по продолжительности. Я понимал, что ей со мной интереснее общаться, чем с многочисленными пожилыми дамами, которые попадали к ней на сеансы релаксации. И я чувствовал при этом очень много поддержки от неё и какой-то веры в себя, которой мне очень не хватало.
Мы обсуждали Джима Моррисона и Лермонтова, их депрессивные тенденции, которые меня привлекали и с которыми она во мне пыталась как-то бороться.
И было несколько забавно, потому что это кардиологический диспансер, но она могла спокойно курить в своём кабинете, то есть у неё был полный карт-бланш на то, что там внутри происходит. Она курила сладкие шоколадные Captain Black и с заботой предлагала мне закурить. Так что несколько раз я срывался в своих попытках бросить - прямо у неё в кабинете)
Было много каких-то мелких еще нюансов, типа идеи о том, как психосоматика может на самом деле влиять на здоровье и какие-то чудесные способы исцеления от рака. Ну, в общем, знания своей психики мне это не добавило. И тревоги меньше не становилось.
Но зато она была одним из нескольких людей, которые в тот период сказали мне, что из меня получится почему-то хороший психотерапевт. И мне захотелось в это поверить, за что я ей очень благодарен.
Вот такая зарисовка о том, какие были времена.
Представьте себе, как молода наша психотерапия, как она быстро развивается и насколько сейчас ситуация в психотерапевтическом образовании, вопросах организации и этики лучше и прогрессивнее, чем было 20 лет назад. И даже 10 лет назад.
Так что я завидую тем, кто, учится и стартует в профессии в последние годы. Очень много возможностей и хороший шанс избежать лишних ошибок. С другой стороны, завидую клиентам, у которых сейчас гораздо более высокие шансы прийти и получить качественную психотерапию, не теряя времени.
…был очень странным, но мне хочется о нём рассказать.
Это было почти 20 лет назад, я учился в медицинском, и как раз со мной происходило то, что в студенческой среде называлось «болезнь третьего курса». Когда ты уже знаешь очень много о болезнях, страдании и ликах смерти, но еще ничего не знаешь о совладании с экзистенциальным ужасом.
В общем, у меня было очень много тревоги, в первую очередь о здоровье, с прислушиванием к своему сердцу и несколькими паническими приступами.
Я пошёл обследоваться в поликлинику, откуда меня на всякий случай направили в кардиологический диспансер. И после обследования кардиолог рекомендовал мне на базе этого диспансера обратиться к психотерапевту.
Это было довольно прогрессивное учреждение в середине 2000-х, и у них было два психотерапевтических кабинета и даже комната релаксации с кожаными креслами.
Психотерапевт была очень доброжелательной. Очень плохо разбиралась в лекарствах, но назначила ноотропы и даже дала одну таблетку сонапакса) Она подолгу молчала и всматривалась в меня своими широко раскрытыми глазами. Потом задавала много разрозненных вопросов, на которые я честно отвечал, не понимая, зачем. Она делала комментарии – вроде бы резюмирующие, но я не улавливал, что именно они резюмируют. Это были скорее интерпретации, чем объяснения. Что-то про родителей, что-то про меня.
Я также заполнял несколько тестов на компьютере в отдельной комнатке.
Сеансы были не нормированы по продолжительности. Я понимал, что ей со мной интереснее общаться, чем с многочисленными пожилыми дамами, которые попадали к ней на сеансы релаксации. И я чувствовал при этом очень много поддержки от неё и какой-то веры в себя, которой мне очень не хватало.
Мы обсуждали Джима Моррисона и Лермонтова, их депрессивные тенденции, которые меня привлекали и с которыми она во мне пыталась как-то бороться.
И было несколько забавно, потому что это кардиологический диспансер, но она могла спокойно курить в своём кабинете, то есть у неё был полный карт-бланш на то, что там внутри происходит. Она курила сладкие шоколадные Captain Black и с заботой предлагала мне закурить. Так что несколько раз я срывался в своих попытках бросить - прямо у неё в кабинете)
Было много каких-то мелких еще нюансов, типа идеи о том, как психосоматика может на самом деле влиять на здоровье и какие-то чудесные способы исцеления от рака. Ну, в общем, знания своей психики мне это не добавило. И тревоги меньше не становилось.
Но зато она была одним из нескольких людей, которые в тот период сказали мне, что из меня получится почему-то хороший психотерапевт. И мне захотелось в это поверить, за что я ей очень благодарен.
Вот такая зарисовка о том, какие были времена.
Представьте себе, как молода наша психотерапия, как она быстро развивается и насколько сейчас ситуация в психотерапевтическом образовании, вопросах организации и этики лучше и прогрессивнее, чем было 20 лет назад. И даже 10 лет назад.
Так что я завидую тем, кто, учится и стартует в профессии в последние годы. Очень много возможностей и хороший шанс избежать лишних ошибок. С другой стороны, завидую клиентам, у которых сейчас гораздо более высокие шансы прийти и получить качественную психотерапию, не теряя времени.